ХРОНИКИ ПИКИРОВАНИЯ

Поворот ключа как выстрел в висок. Я стою у двери, сбивая грязь с сапог. Смена двенадцать часов позади, Но главная битва ждёт впереди. За порогом не пахнет ужином и теплом, Пахнет кислым вином и сгоревшим нутром. Тишина недобрая, тишина звенит. И на кухне, уткнувшись в клеёнку, Она опять спит. Ни супа на плите, ни света в окне. Она обещала, клялась сегодня мне. Я сдам в сад, я сварю, я буду людьми. Но дьявол в стакане снова сильней, Чёрт возьми. А ей всего два года, Ей бы на ручки. Но мама устала, Мама в отключке. В кроватке с решеткой, В мокрых штанишках Сидит и молчит моя Бедная мышка. Глаза два колодца вселенской тоски. Зажаты в ладошке сухие куски. Она не зовёт, она привыкает, что мама не любит, Что мама такая. Я перешагнул через тело родной жены. Мы ей не нужны, мы ей давно не нужны. Хватаю дочурку, она невесома, как пух. От голода и плача голос почти потух. Папа, мам шелестит, прижимаясь к плечу. Я зубы сжимаю, я выть от боли хочу. Варю пельмени, дрожат мужские руки. За что нам, родная, все эти адские муки? Стираю колготки, смываю с личика грязь. Смотрю на жену, эту пьяную мразь. Как можно? Ведь это твоя же кровь. Ты променяла на водку нашу любовь. Но как объяснить ей в плену этих пьяных измен, Почему мама не встаёт с колен, Почему она не встаёт? Ведь ей всего два года, Ей бы на ручки. А мама устала, Мама в отключке. Она смотрит сквозь прутья на этот угар, Приняв на себя этот страшный удар. Она не зовёт, Она просто ждёт, Когда папа Спасёт.