Двадцать восемь E

Ощущение праздника это к Шнурову, Но никак не ко мне. Я прошёл новый уровень Странной игры под названием жизнь. Дальше будет сложней и страшней. Раньше было тут больше надежд, но они безвозвратно Ушли. В уязвимой душе снова найдена брешь и склоняет К себе фатализм. Этот день, как в конец заебавший Фрактал, забирает меня в свои сети. За окошком пиздец, в голове кавардак и желудок Грызёт энергетик. От роддома до морга тут сотни дорог, и я Вновь вылетаю на встречку повседневной, До боли привычной адок, где мне тёплый приём Обеспечен. Годы тут волей-неволей прибавят мне Консервативности, но, тем не менее, я не хочу, Как грёбаный Эминем, не резонировать с нынешним Временем. Но и уподобляться погрязшим в пучине Примитивного блядства. Но с этой материей, если живёшь, невозможно не Соприкасаться. И остатки волос на моей голове время Неторопливо превращает в седину. Мне уже не попасть в славный клуб двадцать семь, Я устало бреду к золотой середине через тысячи мной Переписанных строк моей маленькой скромной обители. И пускай этот мир омерзителен, я буду в нём Игроком, а не зрителем. И каждый тут хочет оставить след, Но смысла как не было, так и нет. Сквозь пепельный сумрак идём на свет, Чтоб нём раствориться и умереть. И каждый тут хочет оставить след, Но смысла как не было, так и нет. Сквозь пепельный сумрак идём на свет, Чтоб нём раствориться и умереть. И сегодня на всё мне так похуй. Я врублю Special Dagestan Hope, широко улыбнусь, Полечу в Петербург и набью его рожу на ногу, Дабы не забыть, что сказать, оказавшись один на один Перед Богом. Ведь наши грехи это всё, что в Нас есть интересного, слышишь, унылый уёбок? И пускай то, чем я занимаюсь, не схавают массы Глобальных масштабах, я гну свою линию на контрастах От резких подъёмов до лютых зашкваров. Конвертирую мысли и жизненный опыт в музон, И я так заморочен над этим. Мне двадцать восемь, меня молодым назовут только в Случае собственной смерти. А умру я на рэйве или на сцене, Или на рэйве на сцене. Чуда не будет, бессмертным не стану. Если честно, вообще поебать. Я порхаю по минным полям только для достижения Призрачных целей. Если я подорвусь слишком рано, Братишка, не парься и спеши на нефарте. И каждый тут хочет оставить след, Но смысла как не было, так и нет. Сквозь пепельный сумрак идём на свет, Чтоб в нём раствориться и умереть. И каждый тут хочет оставить след, Но смысла как не было, так и нет. Сквозь пепельный сумрак идём на свет, Чтоб нём раствориться и умереть. Чтоб нём раствориться и умереть.