Антитеррористическая компания

Чёрный силуэт растворился в бетонной стене. Чёрный силуэт. Чёрный силуэт растворился в бетонной стене. Мы как сбой в системе, как холод по нервной Волне. Лазер режет подъезд, будто скальпель ночной Темноты. Каждый шаг филигранен. Ни звука, ни лишней возни. Шифры скачут по венам, как ток по закрытой цепи. Их маршруты считаем быстрее, чем бьются часы. Нас не видно в камерах, только треск помехи в Эфир. Мы приходим внезапно, когда их ломается мир. Взгляд стеклянный у цели, он понял, что выхода нет. Тишина перед входом страшнее, чем автомат в Нерассвет. Секунда тянется вязко, как бинт по сырым Этажам. Мы заходим без звука, И страх Расползается дымом. Пульс на радаре, Шаг по металлу. Город не знает, кто держит охрану. Мы ночной протокол, мы бетонный закон. Тихий щелчок затвора и обрушенный их трон. Мы как холод по венам, как сигнал по сети. Если вышли за нами, вам уже не уйти. Мы ночной протокол, мы стальной периметр. Каждый шаг вымерен, Каждый вдох вымерен. Мониторное свечение режет усталые лица. Хакер скрыл их тоннели быстрее полета частиц. Все контакты считались, каждый узел пробит. Мы ломаем их схемы, пока город спокойно спит. Чёрный шлем отражает мигание красных огней. Адреналин в крови превращается в хищный дисплей. Нас учили работать без паники, шума и фраз, Потому что ошибка может стать последней для нас. Тени по стенам, Шум за пределом. Время застыло Перед захватом. Каждый вдох отражается в цифрах системы. Как тень за спиной, мы как вирус у стен. Тишина Перед штурмом звучит как раскат. Палец сдержит металл, будто сдержит закат. Страх внутри у врага превращается в дым, Когда чёрные тени Заходят в режим. Мы ночной протокол, мы бетонный закон. Тихий щелчок затвора и обрушенный их трон. Мы как холод по венам, как сигнал по сети. Если вышли за нами, вам уже не уйти. Ночной протокол, мы стальной периметр. Каждый шаг выверен, Каждый вдох вымерен. Пока город под светом спокойно видит сны, Когда ты держишь границы Абсолютной тишины. Объект зачищен. Эфир чист. Группа уходит в ночь. Будто нас здесь никогда не было.