Продолжаем игру

К чему приведет дорога, по которой думан? К чему верить в рай, да, если мы в Аду? Люди не видят край тут, тупо в пропасть Идут. Грязный снег тает, но цветы не цветут. На благо врут нам, впаривают хуету, Да. Ты че-то должен выбрать, друг, Но выбора нуль. О, в оркестре достанут трубу. Крышка хлопнет и не суть, сколько ты хапнул рублю. Ворон, проживший сотню лет, уже зашарил кухню и Смотрит черными глазами в эти души тухлые. Тот, кто копает тебе яму, нервно закурит, Невнятно скажет: "Земля пухом," а завтра забудет. Все просто: мусор кинет, судья даст приговор, Сутер шлюху кинет и оставит под забор. Эти клашки возьмут грамм и пойдут домой. Синегалы на недельку присядут в запой, Ой. И ничего не изменить, они кто-то для нас. Кто-то для них, да, кто-то есть выше нас. Интересно, о чем там думает Даун, Разглядывая в темноте тебя, но ты не знал об Этом. Оглянись, нигер, тут пиздец повсюду. Русалка сядет на шпагат при виде зеленых купюр, Блядь. Сложи добрые дела, там с карлика хуя. Мы просто продолжаем жить, а пепел ветром сдует. Слетится воронье над этой волчьей стаей. Роешь чужое белье, прошлое чье-то листая полный Вперед. С этих дверей оборваны петли, Время идет. Ложится рифма под холодный ветер, Свет горел. Ночью двери никто не откроет на заре. Они друг другу здесь могилы роют, Фонари. Света мало, мне бы еще чуть-чуть наболело. Люди тихо тянулись к ручью, падала пыль, Засыпая пустой подоконник, крики толпы. А там под масками смех похоронен, Чувства тупы. Липким илом ложимся на грунт, Тени слепы. И мы опять продолжаем игру. Высокий забор опять построен между мной и вами, И разговор после себя ничего не оставит. Эй, меня согреет холодный подъезд. На грязном окне большими буквами надпись: "Я здесь." Воры вещают: "На выход все с вещами." Не дать клещам, вот тут пиздец клешнями. Там, наверное, Сива либо охуевший папа. Казахстана запад, перегара запах. Берега не путы, здесь замесы люты. Могут и прилюдно на все вкусы блюда. Могут и забыть все, закопать и скрыться. Разъебать всем ебла, пазик стоя мчится. Вывози расклады, если так случилось. Дохуя хороших, увы, засучилось. Дохуя критичных посылали нахуй. Город урещает, у нас жизни саха. Степь выход один: бежать или идти ко дну. Ты хочешь, чтоб все было хорошо, но зло всегда Мешает добру. Хочешь хорошую должность? Да, для них ты принят. За много был принят. Полезли туда, как едле был Выбит без пряний пыли. Карточный дом рухнул. Всегда готовы, не струхнем. Холодное сердце не ёкнет, и ты сдохнешь. А как ты хотел? Пиздеть дохуя, идти мимо? Хочешь лежать, кувыкаться с любимой, быть примерным Отцом-семянином? Вряд ли это про тебя, кусок дебила. Нас не тридцать три, но мы все как один. Энтузиазм, сплоченность, труд. Не так уж и сложно понять, слаб ты или Достоин влиться в округ. Все ждут твой ход, карты на стол. Они жаждут. Смотри в глаза, там жадность. Теперь душа наша сжата. Вообще хана!