Пляж

Июль, жара, речная гладь. Пляж негде яблоку упасть. Двенадцать тридцать на часах. Народ кто в плавках, кто в трусах спешит, Торопится успеть и отдохнуть, и загореть. Пришел кто с книгой, кто с женой, кто с Непокрытой головой, кто с аквалангом, Кто с мячом. Один садится параличом. Ха-ха, ха, ха! Ну, в общем, где-то сотен эн Кусочек суши взяли в плен, оставив временно дела. Пришли, разбросили тела и жадно тлеют от жары, Подставив солнцу животы. Пятнадцать, двадцать, двадцать пять минут проходит. Надо встать и постараться как-нибудь к воде Пробраться и макнуть разгоряченного себя для Охлаждения и для. Две полных тети и один в зеленых плавках гражданин, Смеясь, играет в дурака. Бутылку из-под молока счастливый розовый малыш Толкнуть пытается голыш. Транзистор крутит, что-то пьет, Оценку девочкам дает, очки от солнца приспустив, Ребят веселый коллектив. Пляж муравейником кишит, толпа стоит, Толпа лежит. А кто-то, нырнувший в речке слазь, Спешит опять в песок упасть. У отдыхающих средь ног, расположившись кто как смог, Волейболисты встали в круг. А над грибком мельканье рук и голосов веселый звон. Надутый тракторный баллон, от брызг лоснящийся, Как кит, беззвучно по воде скользит. На нем, прикрыв глаза рукой, лежит, Чуть шевеля ногой. Лет девятнадцати она так безмятежно и стройна. Тот, что пришел с параличом, весьма баллоном Увлечен, ладонь приставивший ко лбу, Жалеет, что не взял трубу. А эти двое под грибком довольны солнечным деньком. Тепло и телу, и душе. Кончают пятую уже. Пляж Муравейником кишит, толпа стоит, Толпа лежит. А кто-то, Нырнувший в речке слазь, спешит опять в песок Упасть. Но не резиновый ведь день. И вот уже прохлады тень задела крайние ряды, Те, что подальше от воды. Отжаться в кустики идут. Пустеет пляж то там, то тут. Остывший от горячих тел песок, Измятый, опустел. Обрывки брошенных газет и пачки из-под сигарет. Цивилизации следы, как после дождика грибы, Пустынный заполняют пляж. А кто-то дома ест гуляш, одеколоном "Русский лес" Намазав нос, чтоб не облез. И жара, речная гладь. Народ сбегается опять. Двенадцать тридцать на часах. И вновь кто в плавках, кто в трусах спешит, Торопится успеть и отдохнуть, и загореть. Пляж.