Без молитвы

Я полон мудрости, мне хватает знаний, Что черпались извне тысячи лет. Мир полностью переделать по силам в любой момент. Я старше самой древнейшей души на вашей Земле. Насухо выпитых гигантами больших морей, Избитых ангелов в бою за небесную честь. Старше вулканов, сопящих под ней. Сколько я стирал с планеты стран, я не смогу И посчитать уже. А все ваши легенды пошли от меня. Я был тем светом, что сердца людей добротой наполнял И той самой тьмой на закате любого дня, Что приходится заклинанием Сваражбой от себя Отгонять. Мне были ведомы и милость, И гнев, и ливень, и снег. Кусы с моими символами на стене. Каждый сантиметр возлюби, будто сына отец. И так, будто выбора нет. И жди с благодатью ответа. Холодно свечам И остыл алтарь. Заколочен вход. В храме нынче пусто. Я почти иссяк, Растворился в узкой Одинокой грустной полосе дождя. Холодно свечам И остыл алтарь. Заколочен вход. В храме нынче пусто. Я почти иссяк, растворился в узкой Одинокой грустной полосе дождя. Ааа, но потом был забыт и мой труд, И мой лик. Как же так? Мою длань не поднять и не заменить. Однако больше не звучит ни одно из пары сотен Моих старых имен и новых имен. Да, залы церквей собирают так же людей, Но их одежды украшаются оттенками других знамен. Уста вещают слово языком чужим. Новый бог Земля клонит их головы и учит жить. Его клятвы, как и обещания его, Пусты. Я праведной злобой переполненный. Ну все, держись! Рву, как бумагу вековые горы, накрываю вздыбленной Волной дома и доли. Жгут дотла большие острова и сдуваю атолы. Если будет вера согревать, я одарю любовью. Но осознаю, что не будет такого. Я как тотем стою во дворике или в подвале. А когда бульдозером снесут остатки часовни, Время убаюкает мою последнюю память. Холодно свечам И остыл алтарь. Заколочен вход. В храме нынче пусто. Я почти иссяк, Растворился в узкой одинокой грустной Полосе дождя. Холодно свечам И остыл алтарь. Заколочен вход. В храме нынче пусто. Я почти иссяк, растворился в узкой Одинокой грустной полосе дождя. Весь этот мир уж если не шутя Возьмешься изменить, начни с себя. Да, начни с себя. Начни с себя. Да, начни с себя. Ааа. Пора бежать, пора бежать. Стены сужают, стены сужают. Моя душа, моя душа медленно тает, Медленно тает. Игра закончена, карта бита. Небо прозрачно без облаков И стало тихо, как после битвы. Лишь на обочине капли ливня. А доморощенный старый бог Остался без молитвы. Холодно свечам И остыл алтарь. Заколочен вход. В храме нынче пусто. Я почти иссяк, растворился в узкой Одинокой грустной полосе дождя.