Пятнадцать часов

Когда сидишь за столом, когда становится грустно, Не забывай, Что за оконным стеклом, подобный ложу Прокруста, Гремит трамвай. И если слишком придавит, бери рюкзак и гитару, Открой глаза И на железном удаве езжай почти что задаром на Свой вокзал. Поверь, пятнадцать часов совсем недолго до музы, Когда ты помнишь лицо, когда рюкзак не обуза, Когда ты рельсовым вихрем обожествляешь дороги Других миров. Ты просто чувствуешь, брат мой, эта искра пролетела. И кто-то скажет дурак, мол, быть дураком это дело. Поскольку время привыкло, ты о него вытрешь ноги и Будешь таков. И с каждым метром зима, все ближе Северный полюс И ночь бела. Ты беспокоен весьма, а нужно, не беспокоясь, Искать тепла. И ты найдешь его, верно, в далеком северном граде В который раз Надежду сменишь на веру, а веру сменишь на взгляд Ее шалфеевых глаз. Поверь, полтысячи миль всего лишь глупость-игрушка, Когда не слишком томил тебя твой собственный ужин. И в этом смысл любви. Хотя ты точно не знаешь, что есть любовь. Ты просто чувствуешь, братец, луч солнца с самых Вершин. Не смей впустую потратить то, Что обязан на жизнь. Отсюда красочный вид. И ты прошепчешь родная, мол, я с тобой. Хотя, конечно, ты не уверен, что есть любовь. Хотя, наверно, Рано пока Говорить любовь. Хотя я знаю, ты хочешь, чтоб это была любовь.