Итоговый догмат

В ту ночь мир был убит, и человечество само Его убило, Сыграв последний свой гамбит. Кровавый план Америка осуществила. Упали бомбы и ракеты, Боеголовки сыпались как дождь. Предав святых отцов заветы, приказ отдал их Кровожадный вождь. А над планетой, где жизнь угасла навсегда, Где атомы распались на куски, взошла на горизонте Бледная луна, свидетельница боли и тоски, Боли и тоски. Когда Россию и Китай Накрыло ядерной волной, А миллионы душ попали в рай, И только месть осталась их мечтой. И мертвая рука исполнила желание, Отправив странам НАТО боеприпасов из запас, Тем самым исключив их шанс на выживание, Когда волна огня по миру пронеслась. А над планетой, где жизнь угасла навсегда, Где атомы распались на куски, взошла на горизонте Бледная луна, свидетельница боли и тоски, Боли и тоски. И пепел падал на руины, скрывая шрамы на лице Земли, Где раньше были птицы и дельфины, Теперь лишь тени мертвые легли. Не стало больше ни границ, ни флагов, ни споров, Кто был прав, кто виноват. Лишь ветер выл средь мрачных саркофагов, озвучивая Мертвым итоговый догмат. А над планетой, где жизнь угасла навсегда, Где атомы распались на куски, взошла на горизонте Бледная луна, свидетельница боли и тоски, Боли и тоски, боли и тоски. Она не грела, не давала света, А тусклым отблеском на пепел пролилась. И в тишине, что стала ей ответом, Была лишь смерть, что над планетой вознеслась. На ржавых танках, вросших в землю плотно, наносит Радиация узоры новых карт. Планета от людей теперь свободна, и больше нет ни Времени, ни дат. И в этой битве не было победы, Лишь только общая могила для живых. Закончились все распри и все беды. Молчание и пустыня Радиоактивных. Через сотни лет иль тысячи, быть может, Когда утихнет ядовитый фон, Зеленый лист руины потревожит, И новый мир родится из времен без нас. Без нашей злобы и гордыни, без жажды власти, Денег и короны. Звезды будут глядя на пустыни смотреть на мир, Что нами был сожжен. А над планетой, где жизнь угасла навсегда, Где атомы распались на куски, взошла на горизонте Бледная луна, свидетельница боли и тоски, Боли тоски, боли тоски. Она не грела, не давала света, А тусклым отблеском на пепел пролилась. И в тишине, что стала ей ответом, Была лишь смерть, что над планетой вознеслась. А над планетой, где жизнь угасла навсегда, Где атомы распались на куски, взошла на горизонте Бледная луна, свидетельница боли и тоски, Боли и тоски, боли и тоски.