Ливия

Пески, пески везде, кругом пустыни тянутся вдоль Моря. Меняя лошадей дом с ночлегом в множестве Подворий, Мишель с Дианой три недели скакали по Тропинкам разным через песчаные метели Маршрутом старым и опасным. И после долгих путешествий они пересекли Границу, попав в край чудных благоденствий, Что многим только ночью снится. Ливийский Триполи их встретил. Он под испанским сапогом к свободе путь себе Наметил, но громко не болтал о том. Когда народ свободы жаждет, захватчик гайки жмет Сильнее. И потому считалось важным подполью Выглядеть смелее, но вместе с тем не проявлялась к Испанцам явная вражда. В отряде бунтарей считалось, что спешка их делам Чужда. И потому протест был мягкий. Горели в основном склады с оружием, Да и за взятки друзьям побеги из тюрьмы Устраивались темной ночью. Испанцам было все равно они в страну вгрызались Прочно и пленных в их руках полно. При этом в тюрьмах все едино, что раньше было, Что сейчас. Нет денег плетью портят спину и Унижают каждый час. А если есть чем откупиться, дают суп с запахом Мясным. И можно даже раз в день птицу пускать С письмом к дома родным. В прекрасном Триполи интриги плелись с предгорья и До взморья. Он и сейчас зовется в книгах невестой Средиземноморья. Во время мудрых древних римлян он расцветал и Торговал стеклом и шелком, и из глины Домами модными блистал. Здесь было очень все красиво моря и пляжи. А в пустыне оазисы давали силу всей флоре, Что растет доныне. Там были села туарегов, не признающих Госграниц, и племена берберов в неге Влюблялись в милых баловниц. Там африканский климат жаркий весной не столь Испепеляет. Но как красив багрянец яркий заката солнца каждый Знает, кто плыл по средиземным водам вдоль бухты Берегов Магриба. Он лишь прекрасней год от года, Загадочнее, чем где-либо. В чудесной Ливии лица чудесные у любой Девчонки. Ячмень на поле и пшеница повсюду колосятся Звонко. Оливки, что знакомы людям примерно с Бронзового века, их в каждом кулинарном блюде Здесь, словно книг в библиотеке. Мишель с Дианой угостились сполна осиной и Базином, что с соусом и перцем чили им Подала красотка Лина. Она держала лавку прямо у представительства Испанцев, чем повторяла им упрямо, Что здесь их вовсе не боятся. У Лины кудри золотые, в веснушках щеки на лице, Глаза зеленые, взрывные. И нож как память об отце на поясе ее Качался. Семян кунжута полон стол. И тем, кто зерна взять собрался, Она всегда дает чехол. Однако принц с принцессой брать их у милой Лины Отказались, но деньги им пришлось потратить на вещи Те, что расползались. После дороги столь далекой они одежду Обновили, а после до горы высокой коням Поводья отпустили. А вот и старая таверна прямо подножия Скалы. А рядом в ярости безмерной бродяги, Вынув топоры, хотят решить свой спор в сражении, Стали вонзить друг другу в плоть. Наверно, кто-то оскорблением посмел другого Уколоть. Но к ним старик какой-то мудрый походкой быстрой Поспешил и, отмахнув седые кудри, Их друг от друга оттащил. Потом узнал причину ссоры, какой предшествовал Скандал. Один спешил по тропке в город, Другой ее не уступал. Коней к перилам привязали. Мишель с Дианой зашли в таверну, Где и заказали в кувшине сок и беляши. Там было очень многолюдно. Несколько больших столов, резных, Устойчивых, уютных, вмещали двадцать Мужиков. Все поглядели на Диану, что красотою Привлекла. И вот в одном особо рьяном Девчонка круто страсть зажгла. Он сразу радостно поднялся, но поболтать с ней не Успел. Бербер там ближе оказался и к дружной Парочке подсел.