Гопники E

В шестом классе я домой шел с карате. Кимоно в портфель. Зима, хрущевки, тень, Темень, минус десять. Открылась дверь в подъезде без кодового замка. Зашел я через минуту, понял, что не только я. Толчок сзади в спину, хват за куртку, ножик к Горлу. Говорит отдавать трубку и тогда все будет Ровно. Я отвечаю: "У меня лишь вещи в рюкзаке, Кеды, потная футболка, кимоно для карате". Быстро шмонает, ему кажется, что я пустой. Но там был карман тогда еще не воровской. В нижнем отделе рюкзака потайная дырочка, Там и лежит моя кнопочная мобилочка. Через года три мы уже сами промышляли тем же. Правда, без ножей, чисто руки и давление. Выискивали, где, кого бы, как бы развести. Грубый, пьяный стиль. Но я плюс ни капли совести. Если честно, я всегда хотел с этого съехать. Гасился от шпаны, их предъявы глушил смехом, Но им всегда нужны были лишние руки, Ноги, а также пара соточек на алкоголь. Отправился до булочной просто купить хлеба. Вечер, девяносто второй год, на улице мало света. Подходят гопы, требуют отдать монету. Иначе будешь падать объясняют мне конкретно. Один из них был знатный хулиган района. При нем всегда кастет и нож точно не для Самообороны. Мне одиннадцать, им по семнадцать. Надо ж было так въебаться. А что теперь скажу я дома? Проходят годы, я сам уже как гопник. Тренировки, карате. Воскресенье, понедельник, вторник. Вопрос: какого ты района? Подъясни, зачем гуляешь тут, а не вблизи своего Дома?" Ура-маваши пробиваю челику да прям по роже. Согласен, был не прав и делать так не кожи. Такие были правила в периферии тех времен. Сражались за район, за улицы, за двор. Потом Москва и тут совсем иной движняк. За принадлежность к музыке был спрос как с Понимающего. Скинхеды, панки, металлисты, Рэперы, фанатье, неформалы, меломаны и другое Дурачье. Они могли доставить массу неприятностей. Арбат вообще был местом, где происходили страсти. А тип, что отнял деньги, спустя года повесился. Я остался без хлеба. Он не остался здесь. Сентябрь, двенадцатый год, город Жодино, Седьмая школа. Беларусь моя родина. У нас картошка, у вас смородина. Но речь пойдет про то, что волновало всех вроде Бы. Карточки Марвел, Человек-паук, Герои. Все тогда рубились в это в нашей школе. Конец уроков, улица, идет мой кореш ботан. В адидасе персонажем он был отработан. Жулик был в курсах за большую колоду и попросил Оттуда показать ему немного. Счастливый ботан открывает рюкзак, Улыбается и отдает все карты. Гопник съебался, а ботан оказался плаксой. Прибежал ко мне и сильно волновался, Просил меня помочь. Говорил, что это срочно. И я пошел решать вопрос по карточному долгу. Он показал мне пальцем, куда пошел гондон. Улица Гагарина, четвертый дом. Гондон уже с кентом возле первого подъезда Рассматривают карты, им пиздец интересно. Я хочу спросить, но это неуместно. Я включаю свой немецкий. Пацаны, Рамштайн это охуенно честно, Это охуенно честно. Меня качнули сразу. А ты че хотел то? Отвечаю: "Хули мутите за беспредел тут?" "Малой, съебись, мы ща отпиздим тебя с братом." "Не, не, не, не, суки, верните карты." Слов было мало. Я ловлю прикол в ебало, Обзавожусь фингалом, на сердце рана, А у нашего ботана уже движуха с мамой. Она знала предков падал и набрала им. У меня красная страна, классная страна. Мы двигаемся с мамой, во всем пизда. У меня красная страна, классная страна. Мы двигаемся с мамой, во всем пизда.