Письмо матери

Ты жива еще, моя старушка? Жив и я. Привет тебе, привет! Пусть струится над твоей избушкой Тот вечерний несказанный свет. Пишут мне, что ты, тая тревогу, Загрустила шибко обо мне, Что ты часто ходишь на дорогу В старомодном ветхом шушуне И тебе в вечернем синем мраке часто видится Одно и то ж: будто кто-то мне в кабацкой Драке саданул под сердце финский нож. Ничего, родная, успокойся. Это только тягостная бредь. Не такой уж горький я пропойца, Чтоб, тебя не видя, умереть. Я по-прежнему такой же нежный И мечтаю только лишь о том, Чтоб скорее от тоски мятежной Воротиться в низенький наш дом. Я вернусь, когда раскинет ветви По-весеннему наш белый сад. Только ты меня уж на рассвете не буди, Как восемь лет назад. Не буди того, что отмечталось, Не волнуй того, что не сбылось. Слишком раннюю утрату и усталость испытать мне в Жизни привелось. И молиться не учи меня. Не надо! К старому возврата больше нет. Ты одна мне помощь и отрада, Ты одна мне несказанный свет. Так забудь же про свою тревогу, Не грусти так шибко обо мне, Не ходи так часто на дорогу В старомодном ветхом шушуне.