2am in eindhoven E

Я родился за девять часов до записи первого трека На long play. Вокруг мои братья и все тут Из камня, мы будто косплеим ли Stone Age. Я убегаю от страха, пока могу так, Научил меня Том Хэнкс. Вижу квартирник и думаю, сколько примерно прошляпили Тонн здесь. Я остыл с правильной сукой, Но это wrong place. Я и мотив это home tape. Предпочту отзываться на no name, чем забить этой Грязью пустой кейс. Баг до сих пор еще полный. Они лепятся, будто на мне клей, но я не Хочу в это играть, man. Пришпорил бельгийскую вида, легко намекаю, Что нуждаюсь в исповеди. Злой бас, мои мысли как писарь и истина, Правда на мученом листике. Прячу свои мысли в кармане, хоть и флис. Ты пришел не с миром, я защиту выставил. Это водопад из панчей мне похуй на любые чис, Ломануку запустись. Куда дели ритмы? Наказывают тех, кого удобно потопить. Такое видели было, что мы все валили трипы. Мозг музей, у тебя картины липовые. Чувства разрывают, свои жизнь рушат триггеры. Жизнь за броней, милитари machinery, winner. Пишем только то, что мы увидели. Киллеры, бери ги Видел sunshine и Пикассо. Мексиканец зажигает, queen, хуй вини, Зови меня Lawson. В маленьком вагоне колит Влада. Вези меня, малая, до Асаты. Набираю специальную доставку, отвечают практически Здесь сразу. Персональный подарочек на завтрак. У меня слишком много заказов от того, что сломался Дозатор. Опошату подари шакалу, Проснешься на утро от того, что нет стада. Крепче ебало и мускулы, нет гада. Оживаться напиваясь ядом. Эта жизнь тут ярка, но так кратка. Эй-эй-эй, подобит твой Глок. Боль не укроет глаза. Тут лишь биты дикий азарт, как в синема зар. В обороне пожар, в обороне твой страх потерялась Черта. Пока курим аста, все пробелы на завтра. Небо выжимает боль, но мы выживем вновь, как и Не бывало осадков. Соус настой, да, тяжелее торгового поезда. Фичарами наваливаю, огни жмут, true полыхает и вся Эта копоть, особенно сыро и холодно. Не помню, когда закончилось топливо. Время для копера, кресел тут сотнями плотно. В осаде желаний органов. Это бесспорно, man.