ЗАТМЕНИЕ

Горящее, Зудящее Бордовое солнце дрожит, Распадается в своем священном ревущем раскрытии Трещинами, Из которых сочится ядовито-алая жизнь, Как только ты проводишь взглядом По моим ключицам. Твой взгляд смола пробивается в дереве, Кора разъедается вязкой сладостью. Лепестки двигаются в такт твоему дыханию, Тянутся в жажде за этим соком. Ты дотрагиваешься. Мои лилии, лотосы, розы распускаются, Обнажая свои клыки. Ближе. Смотри, мое солнце дышит, поглощает, Вбирает, стонет, удерживая орбиты. Сферы ломаются, бухнут, сбиваются, Плавятся, не выдерживая этого стремления К тебе. Не останавливай. Я раскроюсь лавовым океаном, стирающим внешнее, Вдыхающим, растущим, бурлящим, Окружающим, впитывающим До горечи меда пепла мучительного помрачения. Слаще, глубже. Стань единственным правилом и его нарушением. Стань ладаном и грилью, сырой черной землей Для моих расков, обратной стороной света, Которую они так скрывают, единственным верующим В моем соборе, Единственным затмением моего солнца. Танцуй меня. Эй, рви! Смотри в меня, раскрой меня, Как сад, наполненный хищностью, Жаром, черной кровью. Дыши мной, вдыхай глубже, до треска под Ребрами. Бери меня с мякотью, вязкостью, Остающейся на теле, на губах расплавленным Воском. Ты видишь меня настоящей, с когтями в Раскрытом бутоне, с ядом под стеблем Этого цветка жизни. Это взаимное возвышение Большим миров, Хищнее того, что они называют адом, Вторгается в них быстрее их бездны, Честнее их святости И не отпускает До их распада. До их распада.