Зима

Замедленная съемка, я падаю с крыши, И мои крики до асфальта никто не услышит. И не поднимет головы, чтоб на миг убедиться, Что люди вовсе не летают, как чертовы птицы. А я хотел летать, но так боялся всю жизнь, Мол, не достать уже до этих вершин. И чудеса бывают только в бреднях, А крылья сказках про людей ведьм. Никто не верит, никто не знает, Сколько миль до ада и лететь до рая. Сколько стоит душа на блошином рынке? Почему мы в толпе, но совсем одни? Я лечу вниз, а хотел в небо. Там нет границ, и никто не был. И мой грязный лист, вечный черновик стал кристально Чист, не задет людьми. До сих пор в моем сердце боль, Вся в осколках моя душа. Раздается протяжный вой, как же мне тяжело дышать. Одиноко среди толпы, перестал давно понимать. Города превратились в пыль, за окном до сих пор Зима. За окном до сих пор зима. Я долго висел на краю, и мой голос охрип От бессмысленных криков. Я прождал весь июль, пока пальцы не стали как Гроздья черники. И лишь дети смотрели наверх, только взрослые их Отвлекали. Спешка вовсе не терпит потехи, Вот и люди от смеха устали. Прижми меня к груди, я совсем Один. Дома вне сети просто Посидим. Пока ты видишь сны, пока тихо спишь, Я натяну штаны и снова поднимусь на крышу. Попробую взлететь, пока из них никто не видит. Кто знает, может быть, сегодня выйдет. До сих пор в моем сердце боль, Вся в осколках моя душа. Раздается протяжный вой, как же мне тяжело дышать. Одиноко среди толпы, перестал давно понимать. Города превратились в пыль, за окном до сих пор Зима. До сих пор в моем сердце боль, Вся в осколках моя душа. Раздается протяжный вой, как же мне тяжело дышать. Одиноко среди толпы, перестал давно понимать. Города превратились в пыль, за окном до сих пор Зима. За окном до сих пор зима.