Письмо памяти Владимира Высоцкого

Пишу тебе, Володя, С Садового кольца, Где с неба льют раздробленные воды. Все в мире ожидает Законного конца, Лишь только не кончается погода. А впрочем, бесконечны Наветы и вранье, И те, кому не выдал Бог таланта, Лишь этим утверждают присутствие свое, Пытаясь обкусать Ступни гигантам. Да черт ли в них проку? О чем-нибудь другом. Вот мельница, Она уж развалилась. На Кудринской недавно Такой ударил гром, Что все ГАИ тайком перекрестилось. Все те же разговоры, Почем и что иметь. Из моды вышли Эм по кличке Бонни. Теперь никто не хочет Хотя бы умереть лишь для того, Чтобы вышел первый сборник. Мы здесь поодиночке смотрели в небеса. Мы скоро соберемся Воедино, И наши в общем хоре сольются голоса, И Млечный Путь задует в наши спины. А где же наши беды? Остались мелюзгой и слава, и Вельможный гнев кого-то. Откроет печку Гоголь чугунной кочергой, И свет огня блеснет в пенсне Фагота. Откроет печку Гоголь чугунной кочергой, И свет огня блеснет в пенсне Фагота. Пока хватает силы смеяться над Бедой, беспечнее мы, чем в праздник Эскимосы. Как говорил однажды датчанин молодой, Была, мол, не была, А там посмотрим. Все так же мир прекрасен, как рыженький Пацан. Все так же, извини, прекрасны Розы. Привет тебе, Володя, с Садового кольца, Где льют дожди, похожие на слезы. Привет тебе, Володя, с Садового Кольца, где льют дожди, похожие на Слезы.