Все теперь против нас

Листая старую тетрадь расстрелянного генерала, Я тщетно силился понять, как ты смогла себя Отдать на растерзание вандалам. О генеральская тетрадь! Забытой правды возрождение. Как тяжело тебя читать обманутому поколению. Россия. Россия. Россия. Все теперь против нас, будто мы и креста не Носили, Словно аспиды мы В басурманской крови. Даже места нам нет в ошалевшей от Боли России. И Господь нас не слышит, зови Не зови. Вот уж год мы не спим, под мундирами Прячем обиду, Ждем холопскую пулю Пониже петлиц. Вот уж год, как Тобольск отзвонил по Царю панихиду. И предали анафеме Души Убийц. Им не Бог, им не царь, им не боль И не совесть. Все им тюрьмы да вой И пожар до небес. И судьба нам читать эту Страшную повесть в Воспаленных глазах матерей И невест. И глядят нам вослед они в долгом Безмолвном горе, Как покинутый дом на Дорогу из тьмы. Отступать дальше некуда. Сзади Японское море. Здесь кончается наша Россия И мы. В красном Питере кружится, Бесится белая вьюга, Белый иней по стенам Московских церквей. В белом небе ни радости, Ни, Ни испуга, Только скорбь Божьей Матери по России Моей. Все теперь против нас, будто мы и креста не Носили, Словно аспиды мы В басурманской крови. Даже места нам нет в ошалевшей от Боли России. И Господь нас не слышит, зови Не зови. И Господь нас не слышит, зови Не зови.