Детский дом

Скрипит кровать железная, как будто стонет ночь. Я с детства сам по жизни, мне некому помочь. Ни мамы, ни отца, лишь стены и бетон. И воспитатель строгий, как закон. Чужие руки гладят, но не греют душу. Здесь каждый сам за себя, иначе просто рушат. Я помню, как в окно смотрел и ждал, Что кто-то за мной придет, но не забрал. А детский дом это не дом, это боль. Это когда ты никому не свой. Когда зовешь во сне, "мама" кричишь, А в ответ только холод и тишь. А детский дом это сломанный мир, Где ты ребенок, но уже один. И сколько лет бы ни прошло потом, Внутри останется тот детский дом. Нас строили по линиям, учили не реветь. Сказали: "Будешь слабым тебя будут иметь". Я сжал зубы, стал жестче, чем сталь, Но в сердце так и осталась печаль. Делили хлеб на всех, как будто это норма. И каждый день внутри ломалась форма. Я не просил богатства, не просил чудес. Я просто хотел, чтоб меня кто-то взял и унес. А детский дом это не дом, это боль. Это когда ты никому не свой. Когда зовешь во сне, "мама" кричишь, А в ответ только холод и тишь. А детский дом это сломанный мир, Где ты ребенок, но уже один. И сколько лет бы ни прошло потом, Внутри останется тот детский дом. И вроде вырос, вроде стал сильней. Но где-то там остался тот пацан без дней, Который ночью тихо под одеялом Шептал: "Мам, забери, я устал". А детский дом это не дом, это боль. Это когда ты никому не свой. И даже если жизнь пошла потом, Ты все равно из этих стен. Детдом. А детский дом это шрамы внутри. И их уже никак не скрыть. Смотри, я выжил, да. Но знаешь, в чем прикол? Я так и не узнал, что значит дом.