О чем

О чем шепталась листва, попав однажды на грешную Землю? О чем ведут небо волны беседу? О чем поют вороны, скрипя заржавевшими петлями? Услышав, запиши это немедленно. Шепталась листва, попав однажды на грешную землю? О чем ведут небо волны беседу? О чем поют вороны, скрипя заржавевшими петлями? Услышав, запиши это немедленно. Ленинградские будни пронизаны холодом. Кадры темные, будто из образов Нолана. Бронза, олово, лики Венеции, Лондона. Логово мыслей, поиск таинственной формулы. Ломаный ритм, молния, гром прямо в голову. Вдохновение, топливо, вечная молодость. Вот она закипает смолою под ребрами огненной лавой, Пари драконом над городом. Слышишь колокол? Кто-то ушел безвозвратно, Но царапав свое имя на память в парадной. Время ранит, играя неспешную драму, Раздавая братьям роли героев, тиранов, Ветеранов. Но кварталы накрыло туманом, Прежде чем зачитать микро, кидая на бумаге. Угловато, но не без интересных метафор, Наполняющих особо в сезон листопада. Окучу свои мысли двух словах, что запустит процесс Метели или листопад. Резок слог, как клинок или незамысловат, Будь то стройный поток либо хоть камни в опад. Теперь твой ход, это игра без правил. Мы когда-то уйдем, но то, что за собой оставим, Витиеватым печом или с лету во фристайле, Искали бы, что многие делать не стали бы. Я как будто от третьего лица пытаюсь распознать, Что там вдали мерцает. И согласись, было б глупо отрицать. Не прожив, не узнаем, не выпросить Всегда взаем. Просто Просто оставим оставим это это здесь, здесь, Увековечим. увековечим. Пусть Пусть пройдет пройдет Сквозь сквозь-время, что якобы лечит, заменить Нечем, пока качает мышцы сердечная. Остановить процесс не может идти речь. О чем шепталась листва, попав однажды на грешную Землю? О чем ведут немые волны беседу? О чем поют твари, скрипя заржавевшими петлями? Услышав, запиши это немедленно. Листва, попав однажды на грешную землю? О чем ведут немые волны беседу? О чем поют твари, скрипя заржавевшими петлями? Услышав, запиши это немедленно. Который год залипаю в сезонах, прогулки, Огни, город, по миру тут все зоны, Покуда магнитом зов манит из комнат. Следую в омут, дабы к весне воспеть эти образы Снова. Опусы, пробы, поводы уловить момент. Точки, тире, очередь, почерк, прошлый четверг. Сточенный грифель дал понять: мы бренны и тленны, Наверное, хрупкая форма энергии Вселенной. Дилемма выбора выбыла, выпало снегом. Один, четыре, где-то дым, кто-то вне рутин, Но не ты. Слышал внутри отголосками прежних. Сердце рубин бьется, да тихо, его ничто не держит. Сточенный грифель заменил на новый. Прогулки, огни, город, по миру тут все зоны под Утро до дома в кокон окон, в блок бетонно, Где зазвучит, где зазвучит радиоло. Навсегда запомнил твой взгляд, он мне дорог, Как первое слово. До исбитых ручьев слез, остывших над домом, Сила обратить время назад, если смог бы. Дай мне на миг в этой вселенской утопии из Пеленок мой топик, твоя музыка, Ведь это любовь чиста, что храню где-то в недрах Своих копий. Вот она, истина, я вспомню все доброе, Что смогла жизнь собой из давнего прошлого. До дрожи под кожей тяжесть сковала жизни в лицах Навек, застыв в мраморных снимках. Памяти нить моя тянется к мирному, Объятия крепки, в каждую вложена силу сила. Играет Играет Кузьмин, Кузьмин, и о каком окоркон Только только три три в ней. Мне Дороги дороги. Дни, что отпечатаны в линиях прямо сейчас без пауз И в титрах, что секундами пишем и пишем. О чем шепталась листва, попав однажды на грешную Землю? О чем ведут небо и волны беседу? О чем поют дворы, скрипя заржавевшими петлями? Услышав, запиши это немедленно. О шепталась листва, попав однажды на грешную землю? О чем ведут небо и волны беседу? О чем поют дворы, скрипя заржавевшими петлями? Услышав, запиши это немедленно.