Слишком холодно

Три тысячи долгих ступеней во тьму я шёл, Не сдаваясь во власть никому. В груди злой цветок восьми бедствий пророс, Оставив шипы вместо пролитых слёз. Где был человек, там теперь пустота. Хайтан набледает, теряя цвета. Тасянцзюнь владыка, поправший закон, Но собственной тьмой я теперь поглощён. Я ненавидел этот свет, Тот свет, что нёс в себе твой след. Я думал, ты мой вечный враг, Но без тебя вокруг лишь мрак. Ши Цай, посмотри на меня. В аду слишком холодно без тебя, Я требую, чтобы ты грел меня. И пусть это пламя сгорает дотла, Я вырву из смерти два наших крыла. В аду слишком холодно, мой чуваннин. Среди мертвецов я остался один. Ты хочешь сиять для других вдалеке, Но сгнить суждено тебе в моей руке. Под зонтиком красным стояли вдвоём, Но кровью залило проклятый наш дом. Ты нёс меня вверх на священной спине, Стирая колени в кровавом огне. Своё ты ядро отдал ради меня, но я не Заметил в груди ни огня. Тяньвэнь не ударит, глаза не спасёт. Безумие шепчет и движет вперёд. Ад сковал сердце, как лёд, И ненависть рвётся вперёд. Ты всё, что осталось моим, Моим наказаньем святым. В аду слишком холодно без тебя, Я требую, чтобы ты грел меня. Могила разделит наш сломанный трон. Ты слышишь, как плачет небесный закон? В аду слишком холодно, мой чуваннин. Я сам этот ад для двоих сотворил. Твоё покоряется тело и дух. Пусть пламя сожжёт навсегда нас двоих. Учитель. Учитель. Где был чуваннин, Там всегда был свет. Но в этой реальности Ванина больше нет.