Ведь был момент

Зашнурован корсет идеально, кринолин балериной Парит. Декольте плечи прячет овальных и перчаткою Белой манит. Сердцеедка в шелках и сатине грациозно Выходит на бал. С ридикюлем в руке, В палантине осветит ликом мраморный зал. Вдоль колонн в пышных платьях дамы, кавалеры во Фраках текут. На цепочках часы, Всё для драмы, в зеркалах отражения ждут. Заворожен кругами паркета, белый златом лепной Потолок. Роковая у входа карета и открытой бутылки Хлопок. Зашнурован корсет идеально, Кринолин балериной парит. Декольте плечи прячет овальных и перчаткою белой Манит. Сердцеедка шелках и сатине грациозно выходит На бал. С ридикюлем в руке, в палантине осветит Ликом мраморный зал. Вдоль колонн в пышных платьях дамы, кавалеры во Фраках текут. На цепочках часы, всё для драмы, в зеркалах Отражения ждут. Заворожен кругами паркета, белый златом лепной Потолок. Роковая у входа карета и открытой бутылки Хлопок. Вот концертмейстер палочкой взмахнул, запели скрипки И виолончели. Шеренгой пар под полонез шагнул, Единства дух и торжества качели. Павась ведет опорной ногой, удерживая бережно Красотку. Брутальный кавалер во фрак плитой, Бросая комплиментов ей щепотку. Как счастлива, когда ты, кружив в танце и смехом Изо ртовшейся щекой, всех радуешь и в каждом Новобранце крадешь у сердца силу, славу и покой. Как отточено легки твои движения, Не стань вызовом для рук завешан бант. Глаза прелестные оценивают рвение любви Божественной, кому обещан грант. Зашнурован корсет идеально, кринолин балериной Парит. Декольте плечи прячет овальных и перчаткою Белой манит. Сердцеедка в шелках и сатине грациозно Выходит на бал. С ридикюлем в руке, В палантине осветит ликом мраморный зал. Вдоль колонн в пышных платьях дамы, кавалеры во Фраках текут. На цепочках часы, Всё для драмы, в зеркалах отражения ждут. Заворожен кругами паркета, белый златом лепной Потолок. Роковая у входа карета и открытой бутылки Хлопок. Зашнурован корсет идеально, кринолин балериной Парит. Декольте плечи прячет овальных и перчаткою Белой манит. Сердцеедка в шелках и сатине грациозно Выходит на бал. С ридикюлем в руке, В палантине осветит ликом мраморный зал. Вдоль колонн в пышных платьях дамы, кавалеры во Фраках текут. На цепочках часы, всё для драмы, в зеркалах Отражения ждут. Заворожен кругами паркета, белый златом лепной Потолок. Роковая у входа карета и открытой бутылки Хлопок. Зашнурован корсет идеально, Кринолин балериной парит. Декольте плечи прячет овальных и перчаткою белой Манит. Сердцеедка шелках и сатине грациозно выходит На бал. С ридикюлем в руке, в палантине осветит Ликом мраморный зал. Вдоль колонн в пышных платьях дамы, кавалеры во Фраках текут. На цепочках часы, Всё для драмы, в зеркалах отражения ждут. Заворожен кругами паркета, белый златом лепной Потолок. Роковая у входа карета и открытой бутылки Хлопок. Лукаво в зеркальце глядишь веселым взглядом. Поводишь веером и музыке подстать. В ритм каблучком стучишь, шурша нарядом. Всем показать спешишь красу и стать. Кто знает, может сударю в песне или гусару в Щегольском мундире. Кому судьба благоволит попасть в Корнет, кому мечтать лишь о сердечной лире. Гнилый взгляд, достаточно зачатка, что в этом мире Значит человек. Такая малость, брошена перчатка, и чья-то жизнь Оборвана вовек. Последний танец, гости разошлись, карета подана, Сударыня в печали. Ведь был момент, когда они слились, Она и время больше обещали. Зашнурован корсет идеально, кринолин балериной Парит. Декольте плечи прячет овальных и перчаткою Белой манит. Сердцеедка в шелках и сатине грациозно Выходит на бал. С ридикюлем в руке, В палантине осветит ликом мраморный зал. Вдоль колонн в пышных платьях дамы, кавалеры во Фраках текут. На цепочках часы, Всё для драмы, в зеркалах отражения ждут. Заворожен кругами паркета, белый златом лепной Потолок. Роковая у входа карета и открытой бутылки Хлопок. Зашнурован корсет идеально, Кринолин балериной парит. Декольте плечи прячет овальных перчаткою белой Манит. Сердцеедка шелках и сатине грациозно выходит На бал. С ридикюлем в руке, в палантине осветит Ликом мраморный зал. Вдоль колонн в пышных платьях дамы, кавалеры во Фраках текут. На цепочках часы, Всё для драмы, в зеркалах отражения ждут. Заворожен кругами паркета, белый златом лепной Потолок. Роковая у входа карета и открытой бутылки Хлопок.