Вот и всё

Вот и всё, дыхание восстановлено, Кровообращение медлит круг. Ни единым словом не обмовлено расставание и Сердец, рук. Лёгкими пунктирами намечена линия разрыва. Ну так что ж, мне твою любовь подарит рещина, Вам о ней расскажет гордый Сож. Вино, свеча, сиреневое платье. О чём грустишь, мой нежный визави? Ах да, ведь я ворованное счастье, Ты эпилог трилогии любви. Меж нами нет и тени недоверия, Правдиво лжём, но честно говоря, Ты для меня как весенняя потеря, А я твой гость за край сентября. И дай нам Бог, чтобы в разлуке снились тебе Мой взгляд, мне молодость твоя. Давно мы в дебрях жизни заблудились, Барахтаясь в трясине бытия, и оба мы две грустные Потери, бредущие в пространстве сквозь года. Никто меня деньгами не измерит, Тебя не зацелует никогда. Вот и всё, дыхание восстановлено, Кровообращение медлит круг. Ни единым словом не обмовлено расставание и Сердец, и рук. Лёгкими пунктирами намечена линия разрыва. Ну так что ж, мне свою любовь подарит рещина, Вам о ней расскажет гордый Сож. Когда мне будет очень много лет, И на лицо морщинки тихо лягут, И глаз моих морской солёный цвет не сможет отражать Сияние радуг, когда я буду слушать ход часов от Самого рассвета до заката, когда для песни вдруг не Хватит слов и ноты вдруг притихнут виновато, Когда живой станет тишина и кошкой слижет с рук Остатки рифмы, когда начнёт задумчиво луна на Древнем языке читать молитвы, о чём я буду думать В этот час? О чём жалеть, за что шептать спасибо? И кто коснётся моего плеча чуть слышно и немного Боязливо? Что будет мучить: холод или жар? И в хрупком сердце сохранится ли с болью тот Светлый незаслуженный мой дар, Что называю дерзко я любовью? Когда мне будет очень много лет, И на лицо морщинки тихо лягут, Увижу ли над собой я звёздный свет? Смогу ли быть тогда с тобою рядом?