Последний страж

В рассветной мгле, где ветер стонет дико, Где сталь кровавою росой кропит, Выходит он без страха и без крика, Последний страж, чей дух в огне Горит. Сто тысяч копий лес, встающий грозно. Железный вал, прилив чужой беды. А он один под небом ночи звездной Пред ликом неизбежной череды. Рука сжимает рукоять клинка. Отточен взгляд, спокойное дыхание. Смерть шепчет: "Сдайся!" Но в ответ оскалишь крепче сталь И яростней желание. Не уступить, не отступить ни шага, Покамест сердце теплится в груди. Ему неведом страх, чужда присяга Тому, кто шепчет: "Лучше отойди". Удар в плечо, еще один в бедро. Сталь не щадит, и плоть лишь тлен и Прах. Но держит меч, как держат серебро В горсти, не замечая боль и Страх. Последний всплеск неукрощенной воли. Прощальный росчерк острого клинка. И он стоит, как холм на бранном поле, Сквозь рваный стяг, сквозь дым и издалека. И вот, когда уже клонилось тело И мгла в глазах сгущалась, как вода, Земля под ним внезапно опустела. Враги отхлынули, не зная, чья беда. Тогда из строя вышел тот, кто правил Стотысячной железною ордой. Он снял шелом, и ветер тронул пряди И бросил меч, и сделал шаг Второй. "Ты кто?" спросил он, глядя в очи стражу. Где не было ни страха, ни мольбы. "Я тот, кто держит клятву", тот Ответил. "И мне не нужно вашей ворожбы". Вожак молчал, и воинство молчало. Лишь птица крикнула над полем пустоты. И в первый раз в груди его звучало Не "победить", а горькое "прости". Клинок упал, с ним упало тело, Но не на землю в вечность, в тишину, Где нет войны, где все уже созрело Для той поры, что держит старину. И там, где он стоял, взошла трава. И зацвела, и стала кровью маком. И через год, где шла его молва, Никто не смел Ступить сединым шагом.