Грязь E

Выкатанные тачки толкали со смехом, Пацаны на углах, и весь мир был помехой. Дворы, как ладони, в ссадинах, В пыли. Мы верили в завтра, хоть денег не Жгли. Басота по району, свои до конца, В нарваных кроссах лето, на щеках голоса. Старшие учили: не суетись, держись. А мы в этих патиках учились на жизнь. Пацанами до ночи шифры на стенах. Счастье было простым покатать по дворам. И каждый второй был родным, как семья, Пока не полезла наружу вся эта хуйня. Стал взрослым, и в людях прибавилось грязи, В улыбках расчет, в разговорах прогазы. Где раньше был смех, теперь липкая муть, И старый наш двор не сумел обмануть. Грязь, грязь на руках и в груди. Грязь, грязь мы тонем внутри. Грязь, грязь, как бы ни жги. Грязь, грязь, а нам не уйти. Грязь, грязь глазах у людей. Грязь, грязь у вчерашних друзей. Грязь, грязь, но я все же иду через эту Грязь, через эту беду. Теперь наши братья не верят словам. Каждый тащит свой крест, каждый режет по швам. Кто-то продался сразу, кто-то сгорел, Кто-то в темноте за свой город болел. И я помню, как малым мне казалось потом. А потом наступило и стало дерьмом. Пацаны повзрослели, но не стали чище, Просто тише смеются в прокуренных нишах. В карманах не рай, там лишь злость, Там мелочь. В головах этот шум и от правды Не лечат. Мы не были святыми, да нам было Похуй, но теперь эта грязь прирастает к эпохе. Быстрым на вдохе, на выдохе в хлам, По районам, по лицам, по битым домам. Если ты спросишь, где наши мечты, Они в этих дворах под слоем черноты. Я видел, как свет превращали в расчет, Как братский костер оборачивал лют. Но память жива, и пока я дышу, Я эту грязь на себе не ношу. Грязь, грязь на руках и в груди. Грязь, грязь мы тонем внутри. Грязь, грязь, как бы ни жги. Грязь, грязь, а нам не уйти. Грязь, грязь в глазах у людей. Грязь, грязь у вчерашних друзей. Грязь, грязь, но я все же иду через эту Грязь, через эту беду.