Девяностые на проводе.

Девяностые на проводе. Кассета хрипит. Двор не спит. Ай-яй-яй. Мы росли, где закон это старший во дворе, Где мечты продавали за пачку сигарет. Подъезды, гаражи, мутный свет фонарей. И район помнил крики потерянных детей. Кто-то сел, кто-то спился, кто-то просто пропал. Кто вчера был пацаном, сегодня волком стал. Жизнь учила не словами, а ударом в лицо. И носили пацаны вместо сердца свинец. Мама тихо у окна все молилась за сына, Чтобы утром постучала не пришла машина. Но дворы девяностых не прощали ошибок. Там за слабость платили слишком дорого шибко. Бандиты из девяностых. Дым дешевых папирос. Под гитару пели жестко Про любовь и про мороз. Бандиты из девяностых Шрамы прятали в душе. Кто-то стал сегодня взрослым, Кто-то так и там уже. Ай-яй-яй. Годы улетели птицей. Ай-яй-яй. А район ночами снится. Магнитола на всю. "Сектор Газа" орет. И потрепанный "девятос" нас по улицам несет. На столе домино, чай крепленный, Как судьба, и у каждого внутри незажившая война. Мы делили на своих и чужих этот мир. За друзей до конца это был наш кумир. Не боялись ни ментов, ни холодных дворов, Потому что за спиной была вера братков. А теперь тишина. Кто седой, кто устал, только двор наш старый песни Те не забывал. И когда по весне ветер в окна стучит, Будто юность босая снова рядом стоит. Бандиты из девяностых. Дым дешевых папирос. Под гитару пели жестко Про любовь и про мороз. Бандиты из девяностых Шрамы прятали в душе. Кто-то стал сегодня взрослым, Кто-то так и там уже. Эй, За тех, кто не вернулся домой. За дворы, За пацанов. Девяностые Не отпускают. Ай-яй-яй.