Тьма

Хоть и вожжи надень тот, когда слов изношена плеть, Не бывать божьему свету там, где была брошена мною Тень. И в то же мгновенье безумные бесы спели Хану то, что сдавливает горло, а леса в тихо Холму я. Вылетит петель на мир граверь от ботинка, Пламеней будут гореть роги, как Хэрри Поттинг, Был пух и перья в один, мы связаны мило Спицами перед ликом, то тьму скормленной на глубинах Стихнет крик. Буримый крик вожжи кляте цепи, Как пыль, мой язык режет латынью в гряде подслеп, Ракушей дык в сердце, как бы с тех пор, Как гнев затмил собой я не ямки, точь в Оплюю в осыпи мир, извергания. Мой оттошение берет пленных, припал на свету, Он в отражении фрагментов, зеркалом сбитых. То моя честь, печать сорвали с горяча, Ведь стоит перечить начать и голова с плеча. Ты смоли укроет меня, как город под пальмою неба. И там сбереги от огня, ведь свету огонь не Родня. Ведь Свету огонь не родня. Снова новый день, будто намылена петля, Робкими перебегами плутать по бытия углям. Там, где слабость грех в ответ на боль тлен, И бред в опреху тех, кто ввергнут в этот Плен. В тот момент я крыл, как вдаль, притормозив На вас, ведь наяву там дави быть дерьмо тонких Жерновах. Когда гниль ускалит клеймом пред твоим Нутром, ай да подобная тьму, захлопну над ними гроб. Ты смоли укроет меня, как город под пальмою Неба. И там сбереги от огня, ведь свету огонь Родня. Ведь Свету огонь не родня. Ты смоли укроет меня, как город под пальмою Неба. И там сбереги от огня, ведь свету огонь Не Родня. Ведь свету огонь не родня.