Улики

Я вас вижу насквозь, хоть веки закрыты. Руки связаны крепко, как бабушкин свитер. То, что ты прячешь за спиной, выкинь. Деньги любят тишину, не любят улики. Московские зомби, здесь три один фирма. Всегда сначала любили, потом пиздили сильно. Лучше пара лет на Тае, чем явка с повинной. Лев останется в клетке только насильно. С неба падала звезда, но мимо погон. Знаешь, Кремль сто пудов охраняет дракон. И стая коптеров улетает на юг. Смотрю вокруг, как в цирке на трюк. И системе в такт качает баран. И все, что я люблю, это лютый харам. Но то, что окружает нас и есть храм. Все в наших руках, брат, ты знаешь сам. До конца за идею, никогда за зарплату. Братик, ты знаешь сам, мы не катаем вату. Голодная стая против дикого стада. Эй, эй, эй, мне другого не надо. До конца за идею, никогда за зарплату. Братик, ты знаешь сам, мы не катаем вату. Голодная стая против дикого стада. Эй, эй, эй, мне другого не надо. Чему нас хочешь научить, скажи, если под тяжестью Парни, еле дыша, борются за жизнь? Что аж кажись, если надавить чуток, Сорвет наверняка у стен бетонных чердак. Розовые линзы треснут в этих окрестностях. Если вдруг скостят, то явно не хватит нам места Всем. Поколение пропавших без вести. Нам этот крест нести среди этой ненависти. С пены у рта не стоит мне доказывать. Моя жизнь, видишь ли, тоже не медом, Блядь, обмазана. Мазалтов кричат связи с тем, Что живы. Фраза завтра будет лучше, Чем вчера, как-то не прижилась. Если что не так, следы заметай. На голову легла плита, ты только представь. Думал, отобьюсь, но итог иной. Всему виной уверенность, как в индийском кино. До конца за идею, никогда за зарплату. Братик, ты знаешь сам, мы не катаем вату. Голодная стая против дикого стада. Эй, эй, эй, мне другого не надо. До конца за идею, никогда за зарплату. Братик, ты знаешь сам, мы не катаем вату. Голодная стая против дикого стада. Эй, эй, эй, мне другого не надо.