В такую тьму

Накатили мысли непрошеные, Я гоню их прочь как могу. Я с моей душой перекошенной От себя куда-то бегу. Мне навстречу тьма непроглядная, Я ее глотаю, как дым. И вот эту жуть плотоядную Называют счастьем блатным. И я бегу, не ведая дороги, куда Бегу, ей-богу, не пойму. Да и вообще, зачем я нужен Богу в такую Тьму, в такую тьму? Да и вообще, зачем я нужен Богу в такую Тьму, в такую тьму? А кругом дурман да похмельный бред. И в потемках бродят стада. И стада забыли, как блещет свет. И идут опять не туда. И кого винить, и за что винить, Коль не ведают, что творят? Я смотрю, как хрупкая рвется нить, А стада понять не хотят. И я бегу, не ведая дороги, куда Бегу, ей-богу, не пойму. Да и вообще, зачем я нужен Богу в такую Тьму, В такую тьму? Да и вообще, зачем я нужен Богу в такую Тьму, в такую тьму? Я посеял рожь, а взошла полынь, Горькая, как кайф с бодуна. Значит, у земли не осталось сил, Значит, правит бал сатана. И я бегу, не ведая дороги, куда Бегу, ей-богу, не пойму. Но где-то там, у смерти на пороге свеча Пасхальная огнем пронзает тьму.