Голубь мира

Мне говорил один герой, что жизнь скучна ему порой, Что все на свете предсказуемо и пресно. Вот если б войско старост сын, А в чистом поле он один с дубовой палицей На них вперед и с песней. Он говорил, а я молчал и ситуацию качал, Смотря на мускулы кабанчика-задиры. Хотелось дать ему в кадык, но я подумал в Тот же миг: «Долой насилие! Я белый голубь мира». Хотелось дать ему в кадык, но я подумал в Тот же миг: «Долой насилие! Я белый голубь мира». Его бы взять ко мне в отряд, который десять Лет подряд из боя в бой кочует по горам Кавказа. С него бы дурь слетела враз, и шелуху кичливых Фраз свело кровавым потом русского спецназа. В моем отряде кунаки, мордва, ингуши, Казаки. Нас небеса сплотили в позывных эфира. У нас на всех один приказ, одна судьба, Один Кавказ, в горах которого так нужен голубь Мира. У нас на всех один приказ, одна судьба, Один Кавказ, в горах которого так нужен голубь Мира. У неба истина одна: за что бы ни была Война, она не стоит ни одной слезы ребенка. И нет ни цели, ни цены, в которых зарево Войны казалось бы зарей рая для потомков. Мы это поняли давно в Беслане грозном виденом. И потому, мечтая выспаться в квартирах, Отряд опять уходит в ночь. Усталость надо превозмочь. Нас где-то там заждался белый голубь мира. Отряд опять уходит в ночь. Усталость надо превозмочь. Нас где-то там заждался белый голубь мира.