Иуда E

Скажи-ка мне, дядь, без тяга и без ты, Ведь даром палили пожаром. Просрали Москву, Псков, Волость. Просты в управленье отдали казакам. Святыню в зов, глаза на засов. Ленивые жопы на печке. Горыныч у тех, Чухонцу лесов, терпели кувшинчик и Свечку. Великий народ на прадедовых плитах Вприсядку. Ни сраму, ни вяры. Крепкие улыбки на рожах побитых. В карманах стучат револьверы. Тремучей перди. Хочешь выжить кради. Пергорою и напропалую. Иуда, приди! Мир так ждал твоего поцелуя. Возможно, ты будешь атеист в неглаженой кике с Тенсантой, а может, чудо иной балахон, Монк студент в очках и в чекистской кожанке. А может, ты будешь заскользить кентом, От хрип подливать, называть Меня, Меня братер. Братом. Но Но ты ты не не смей смигитишь Кичишься ни ни разу разу о о том, том- Что я тебя выкупил сразу. По липкому мёду уст, По шустрым глазам, по прищуру в зрачках я увижу Генри в новусибских лесах и угли из адских печурок. Стальной и больной, колючий грузный, Весь черный, как горненский луи. Иуда, приди! Мир так ждал твоего поцелуя. Мир так ждал твоего поцелуя. Мир так ждал твоего поцелуя. Обстрел над Белградом, и вот ты в окопе один, Как хлыщ рваных погонах. Тебя обложили, во фляжке глоток. Отрублена связь с Пентагоном. Последний патрон осмелел, а рядом вповалку Двенадцать разбуженных корнетов. В воде не тонул, в огне не горел, Так и помер разменной монетой. А дома седая небеса хранит твои письма, Кусает губы ща. И бьется листва об холодный гранит на бедственном Сельском кладбище. Медведки ползут из пробитой груди, Опарыши в чресле балуют. Иуда, приди! Мир так ждал твоего поцелуя. Чернявые чандалы Брендон и Ли над рваной помойкой Играют руан, проебали лату в урбуле, Собор на грамм разбирают. Под нефть головою ушли полюса. Заводы Заводы ревут ревут и и борзеют борзеют с Спартанских, бардаковских, киевских, финских, Герасимских. енакиевских детей голоса. У чёрных руин Колизея приди, Святенок, И пиздец, и наступит весна. За островами каменной крытки от враги убого Распухнет киста, а калеке вручит Санта-Клаус Открытку. Воздаст трусливым рабам, Толстопузым делягам и сытым холуям. Иуда, приди, и хуём по губам! Мир так ждал твоего поцелуя. Мир так ждал твоего поцелуя. Жуйка, бляди, без всякой пизды пить даром, Палили по шарам. Просрали маски в УГМК, сковолай-спарры управления Отдали хазарам. Святыню псов, глаза на засов, ленивые жопы на печке. Горы до чудес, чухонцу лесов, дервишу шкалик и Свечку. Великий народ на прадедовых плитах присягу Ни сраму, ни вяжи. Кривые улыбки на рожах побитых, В карманах стучат револьверы. В дремучей перди хочешь выжить кради. Мир горою и напропалую. Иуда, приди! Мир так ждал твоего поцелуя. Чернявые чандалы брендовые. Чернявые чандалы брендовые. Чернявые чандалы брендовые.