Человек, который смеется, Том 1, Чт. 2

Темной окраской шерсти он походил на гиену, А воем, постепенно переходившим в лай, Напоминал чилийскую дикую собаку. Но зрачок этого животного еще недостаточно изучен, И, может быть, оно лишь разновидность лисицы. Между тем как Гомо был настоящим волком. Длина его равнялась пяти футам, а это немалый рост Для волка, даже в Литво. Он был очень силен. Смотрел он исподлобья, но это нельзя было ставить Ему в вину. Язык у него был мягкий, И он иногда лизал Урсуса. По спинному хребту у него щетинилась узкая полоска Короткой шерсти. Он был тощ, но это была здоровая худоба лесного Зверя. До своего знакомства с Урсусом, когда ему не Приходилось еще таскать за собой возок, он легко Пробегал по сорок лье за ночь. Урсус, натолкнувшись на него в чаще на берегу ручья, Проникся к нему уважением, увидев, Как он умно и осторожно ловит раков, И с удовлетворением признал в нем отличный экземпляр Подлинного гвианского волка купара из породы так Называемых собак ракоедов. Урсус предпочитал Гомо ослу в качестве вьючного Животного. Ему было бы неприятно заставлять осла Тащить возок. Он слишком уважал это животное. К тому же он заметил, что осел, этот непонятный Людьми четвероногий мечтатель, имеет неприятное Обыкновение настораживать уши, Когда философы изрекают какие-нибудь глупости. Между нами и нашей мыслью осел оказывается, Таким образом, лишним свидетелем, а это Стеснительно. Урсус предпочитал Гомо в качестве друга и собаки, Так как полагал, что волку дружба с человеком дается Труднее. Вот почему Урсус довольствовался обществом Гомо. Гомо был для него больше, Чем другом. Он был его подобием. Похлопывая волка по впалым бокам, Урсус говорил: "Я нашел свое второе издание". Он говорил также: "Когда я умру, всякому, Кто пожелает получить представление обо мне, Надо будет только изучить Гомо. Я оставлю его потомству в качестве моей вернейшей Копии". Английский закон, не слишком мягкий по отношению к Хищным зверям, мог бы придраться к этому волку и Притянуть его к ответу за смелость, с которой он Свободно появлялся в городах. Но Гомо пользовался неприкосновенностью, Дарованной домашним животным одним из статутов Эдуарда Четвертого. "Всякое домашнее животное, гласит этот статут, Может свободно следовать за своим хозяином". Кроме того, некоторое ослабление строгости по Отношению к волкам явилось результатом моды, Распространившейся при последних Стюартах среди Придворных дам, которые заводили вместо собак Маленьких песцов величиной с кошку, Выписывая их за большие деньги из Азии. Урсус передал Гомо часть своих талантов, Научил его стоять на задних лапах, умерять свой Гнев, заменяя его хмуростью, издавать глухое Ворчание вместо воя и так далее. Волк со своей стороны передал человеку часть волчьих Познаний, научив его обходиться без крова, Без хлеба, без огня и предпочитать голод в лесу Рабству во дворце. Возок Урсуса, своеобразная передвижная хижина, Следовал по самым различным направлениям, Не выходя, однако, за пределы Англии и Шотландии. Он был установлен на четырех колесах и снабжен Оглоблями для волка и лямкой для человека. Пристяжкой пользовались только при дурной дороге. Балаган был крепок, хотя и сколочен из тонких досок, Обычно идущих на перегородки. Спереди у него была стеклянная дверь с маленьким Балконом, своего рода кафедрой или трибуной, С которой Урсус произносил речи, А сзади глухая дверь с форточкой. Для входа в балаган, на ночь тщательно запиравшийся Засовами и замками, служила откидная подножка в три Ступеньки, прилаженная на шарнирах к внутренней Стороне задней двери. Немало дождей и снега перевидал возок на своем веку. Когда-то он был окрашен, но теперь уже нельзя было Установить, в какой именно цвет, ибо перемены погоды Действуют на дорожные возки точно так же, Как смена царствований на придворных. Снаружи на стенке возка когда-то можно было Разобрать на дощечке надпись черными буквами по Белому полю, постепенно расплывшуюся и стершуюся: "Золото ежегодно теряет от трения одну тысяча Четырехсотую часть своего объема. Это называется потерей в весе монеты. Отсюда следует, что из миллиарда четырехсот Миллионов золотом, находившихся в обращении на всем Земном шаре, ежегодно пропадает один миллион. Этот миллион золотом распыляется, Улетучивается, носится в воздухе мельчайшим прахом, Попадает в человеческие легкие, проникает в нашу Совесть, приглушает, обременяет, Отягчает ее, соединяется с душой богачей, Которые становятся от него надменными, И с душой бедняков, которые от него ожесточаются". Надпись эту, размытую дождями и стершуюся по милости Провидения, к счастью, уже нельзя было прочитать, Так как весьма вероятно, что это загадочное вместе с Тем довольно прозрачное рассуждение о золоте, Проникающем в легкие, пришлось бы не по вкусу Шерифам, прево, маршалам и прочим носителям париков, Стоящим на страже закона. Английское законодательство в ту пору шутить не Любило. Быть жестоким считалось в порядке вещей. Беспощадность была исконным свойством судей, А жестокосердие их второй натурой. Инквизиторы кишмя кишели. Джеффрис породил целое племя себе подобных. Внутри воска были еще две надписи. Над сундуком, над дощатой, выбеленной известкой Стене было выведено от руки чернилами: "Единственное, что следует знать. Бароны пэры Англии носят на голове золотой обруч с Шестью жемчужинами. Право на корону начинается с виконта. Виконт носит корону с неограниченным количеством Жемчужин. Граф жемчужную корону, Зубцы которой перемежаются с небольшими земляничными Листьями. У маркиза зубцы и листья на одном уровне. У герцога одни зубцы без жемчужин. У герцога королевской крови обруч, Составленный из крестов и лилий. У принца Уэльского корона такая же, Как у короля, но не замкнутая. Герцог именуется светлейшим и могущественнейшим Государем. Маркиз и граф высокородным и Могущественным владетелем. Виконт благородным и могущественным господином. Барон истинным господином. Обращение к герцогу Ваша светлость, К остальным пэрам Ваша милость. Личность лорда неприкосновенна. Пэры это парламент и суд. Concilium et curia. Законодательство и правосудие. Most Honourable высокочтимый, значит больше, Чем Right Honourable досточтимый. Лорды пэры признаются лордами по праву рождения. Лорды не пэры лордами из учтивости, Только пэры настоящие лорды. Лорд никогда не приносит присяги ни королю, Ни на суде. Достаточно одного его слова. Он говорит: "Заверяю своей честью". Члены Палаты общин, представляющие народ, Будучи вызваны в Палату лордов, смиренно обнажают Голову перед лордами, сидящими в головных уборах. Палата общин представляет били в Палату лордов через Депутацию из сорока членов, которые при вручении Били отвешивают три глубоких поклона. Лорды препровождают в Палату общин свои били через Простого писца. В случае разногласия между палатами они совместно Совещаются в Расписном зале, причем пэры сидят в Шляпах, а члены Палаты общин стоят с непокрытой Головой. По закону, изданному Эдуардом Шестым, Лорды пользуются привилегией непреднамеренного Убийства. Лорд, убивший простолюдина, не подлежит Преследованию. Бароны приравниваются по рангу к епископам. Чтобы быть бароном пэром, надо получить от короля Пожалование pair baronia integrum, То есть полным баронским поместьем. Полное баронское поместье состоит из тридцати с Четвертью дворянских ленов, каждый стоимостью в Двадцать фунтов стерлингов, что составляет четыреста Марок. Баронский замок это голова баронского поместья. Caput baronia переходит по наследству на тех же Основаниях, что и корона Англии, То есть переходит к дочерям лишь при отсутствии Детей мужского пола и в таком случае достается Старшей дочери. Ceteris foliabus aliunde satisfactis. Бароны носят титул лорда от саксонского laford, Классическое латинское dominus и вульгарно-латинское Lordus. Старшие и следующие за ними сыновья виконтов И баронов первые эсквайры королевства. Старшие сыновья пэров имеют преимущество перед Кавалерами Ордена Подвязки. Младшие сыновья преимущества не имеют. Старший сын виконта в процессии следует за баронами И впереди всех баронетов. Дочь лорда леди, прочие английские девицы мисс. Все судьи признаются ниже пэров. Сержант носит капюшон из шкуры ягненка, А судьи капюшон de minuto vario из белых шкурок Любых мелких зверей, кроме горностая. Горностая носят только пэры и король. Против лорда не допускается supplicavit мольба. Так называлась жалоба, обращенная к королю. Лорда нельзя посадить в обычную тюрьму. Он может быть заключен только в лондонский Тауэр. Лорд, приглашенный в гости к королю, имеет право Убить в королевском парке одну или две лани. Лорду в его владениях предоставляется право Баронского суда. Выйти на улицу в мантии, взяв с собою для Сопровождения только двух слуг, недостойно лорда. Он может появляться лишь с целой свитой приближенных Дворян. Пэры отправляются в парламент в каретах цугом. Члены Палаты общин этого права не имеют. Некоторые пэры отправляются в Вестминстер в открытых Двухместных колясках. Украшенные гербами и коронами коляски и кареты Разрешается иметь только лордам. Это одна из их привилегий. Лорд может быть приговорен к штрафу только лордами, И притом в размере не свыше пяти шиллингов. Исключение составляет герцог, которого можно Оштрафовать на десять шиллингов. Лорд может иметь у себя в доме шесть иностранцев. Всякий другой англичанин только четырех. Лорд может беспошлинно держать у себя в погребе Восемь бочек вина. Только лорд не подлежит явке к окружному шерифу. Лорд не может быть облагаем податью на содержание Войска. Когда это угодно лорду, он на свои средства набирает Полк и предоставляет его в распоряжение короля. Так поступают их светлости герцог Оттольский, Герцог Гамильтон и герцог Нортемберлендский. Лорд может быть судим только лордами. В гражданских делах он может требовать пересмотра и Отмены решения, если в составе суда не было по Крайней мере одного дворянина Лорд сам назначает своих капелланов. Барон назначает трех капелланов, виконт четырех, Граф и маркиз пять, герцог шесть. Лорд не может быть подвергнут пытке даже при Обвинении в государственной измене. Лорд не может быть заклеймен палачом. Лорд всегда считается ученым человеком, Даже если не умеет читать. Он грамотен по праву рождения. Герцог появляется под балдахином всюду, За исключением тех мест, где присутствует король. Виконт имеет балдахин у себя дома. У барона есть кубок с крышкой для пробы вина. Крышку слуга держит под кубком, Пока барон пьет. Баронесса в присутствии виконтессы имеет право Пользоваться услугами одного человека для ношения Шлейфа. Восемьдесят шесть лордов или старших сыновей Лордов занимают председательские места за Восьмьюдесятью шестью столами на пятьсот приборов Каждый, накрываемыми ежедневно в королевском дворце За счет округи, в которой расположена королевская Резиденция. Простолюдину, ударившему лорда, Отсекают кисть руки. Лорд почти то же, что король. Король почти то же, что Бог. Вся земля собственность лордов. Англичане, обращаясь к Богу, называют его Милорд. Против этой надписи можно было прочесть другую, Написанную таким же способом. Вот она: "Утешение, которым должны довольствоваться те, Кто ничего не имеет". Генрих Оверкерк, граф Грэнтэм, Заседающий в Палате лордов между графом Джерси и Графом Гринвичем, имеет сто тысяч фунтов стерлингов Ежегодного дохода. Его милости принадлежит дворец Грэмтем Террас, Выстроенный из мрамора и знаменитый своим лабиринтом Коридоров, представляющим собой настоящую Достопримечательность. В этом дворце есть алый коридор из саран-калинтского Мрамора, коридор из астраханской лумачеллы, Белый из ланийского мрамора, черный из алабатского Мрамора, серый из старемского мрамора, Желтый из гессенского мрамора, Зеленый из тирольского, красный наполовину из Крапчатого богемского мрамора, наполовину из Кордовской лумачеллы, темно-синий из генуэзского Мрамора, фиолетовый из каталонского гранита, Траурный из сланцев Мурвиедро с белыми и черными Прожилками, розовый из альпийского цеппелина, Жемчужный из нанецкой лумачеллы и разноцветный Коридор, называемый придворным, Из пестрой брекчии. Ричард Лаутер, виконт Лонсдейл, Имеет в Уэстморленде замок Лаутер. Необыкновенный пышный подъезд этого замка как бы Приглашает королей посетить его. Ричард, граф Скарборо, виконт и барон Лемлей, Виконт Уотерфорд в Ирландии, лорд-лейтенант и Вице-адмирал графства Нортерберленского, Графства Дерхемского с одноименным городом, Владеет двумя поместьями в Стенстеде, Старым и новым, в котором всеобщее внимание Привлекает великолепная решетка, Охватывающая полукругом бассейн с фонтаном Необычайной красоты. Сверх того, ему принадлежит замок в Лемлее. Роберту Дарси, графу Холдернесу, Принадлежит родовой замок Холдернес с баронскими Башнями и огромным французским парком, В котором он совершает прогулки в карете, Запряженной шестеркой лошадей с двумя форейторами, Как и подобает пэру Англии. Чарльз Боклерк, герцог Сент-Олбенс, Граф Барфорд, барон Хэдингтон, Первый сокольничий Англии, рядом с королевским Дворцом в Виндзоре владеет дворцом, нисколько не Проигрывающим от этого соседства. Чарльз Бодвилл, лорд Робертс, барон Труро, Виконт Бодмин, владеет в Кембридже поместьем Уимпл, Где выстроены три дворца с тремя фронтонами, Из коих один в виде арки, а два треугольные. Въездная аллея обсажена четырьмя рядами деревьев. Высокородный и могущественный лорд Филипп Герберт, Виконт Кардифф, граф Монтгомери, Граф Пемброк, пэр и владелец Кендалла, Мармиона, Сент-Квентина и Чарленда, Смотритель прудов в графствах Корнуэлле и Девоне, Наследственный наблюдатель коллегии Иисуса, Является собственником чудесного Уилстонского сада, В котором есть два фонтана, превосходящие красотою Версальские фонтаны христианнейшего короля Людовика Четырнадцатого. Чарльз Сеймур, герцог Сомерсетский, Владеет на Темзе виллой Сомерсет Хаус, Ничем не уступающей вилле Помфили в Риме. На величественном камине обращают на себя внимание Две китайские фарфоровые вазы эпохи Юаньской Династии, оцениваемые в полмиллиона на французские Деньги. В Йоркшире Артур, лорд Инграм, Виконт Ирвин, владеет дворцом Темпл-Ньюшем, К которому подъезжают через триумфальную арку. Широкие и плоские крыши этого дворца похожи на Мавританские террасы. Роберту, лорду Феррес-Чартлею, Борчеру и Ловену принадлежит в Лестершире замок Стаунтон-Гарольд с парком, имеющим форму храма с Фронтоном. Большая церковь с четырехугольной Колокольней, высящаяся на берегу пруда, Входит в состав поместья. В графстве Нортгемптон Чарльз Спенсер, Граф Сандерленд, член Тайного совета Его Величества, Владеет поместьем Олтруп, в которое въезжают через Кованые железные ворота на четырех столбах, Украшенных мраморными группами. Лоуренсу Хайду, графу Рочестеру, Принадлежит в Сэре поместье Нью-парк с замком, Украшенным художественно изваянным акротерионом С Обсаженной деревьями круглой лужайкой и дубравами, На опушке которых высится искусно закругленная Горка, увенчанная большим издалека видным дубом. Филип Стенхоп, граф Честерфилд, Владеет в Дербишире поместьем Бредби, В котором есть великолепный павильон с часами, Соколиный двор, кроличьи садки и прелестные пруды, Четырехугольные и овальные, в том числе один в форме Зеркала с двумя фонтанами, бьющими очень высоко. Лорду Корнуэллу, барону Ай, принадлежит Бромхолл, Дворец четырнадцатого века. Высокородный Олджернон Кейпл, виконт Молден, Граф Эссекс, владеет в Гартфордшире замком Кэшиоберри, имеющим форму буквы N, И лесными угодьями, изобилующими дичью. Лорду Чарльзу Ослстоуну принадлежит в Мидлсексе Замок Доули, окруженный садами в итальянском вкусе. Джеймс Сесил, граф Солсбери, в семи лье от Лондона Владеет дворцом Гартфилд Хаус с четырьмя господскими Павильонами, с дозорной башней в центре и парадным Двором, выложенным белыми и черными плитами, Как в Сен-Жермене. Дворец этот, занимающий по фасаду Двести семьдесят два фута, был выстроен в Царствование Якова Первого государственным казначеем Англии, прадедом нынешнего владельца. Кровать одной из графинь Солсбери стоит несметных Денег. Она целиком сделана из бразильского дерева, Признанного вернейшим средством от змеиного укуса, Которое называется "мильомбрас", Что значит тысяча мужчин. На этой кровати золотыми буквами выведена надпись: "Позор тому, кто подумает дурное". Эдуард Рич, граф Уорик и Холланд, Собственник замка Уорик Касл, где камины топят Целыми дубами. В приходе Севен Оукс Чарльзу Секвиллу, Барону Бэкхерсту, виконту Крэнфилду, Графу Дорсету и Мидлсексу принадлежит поместье Ноул, По величине не уступающее городу. В нем выстроены параллельно друг другу три дворца, Длинных, как линии пехоты. На главном здании с лицевой стороны десять Ступенчатых щипцов, а над воротами замковая башня, Окруженная четырьмя малыми башнями. Томас Тин, виконт Уэмет, барон Уэрмистер, Собственник дворца Лонглит, в котором почти столько Же каминов, фонарей, беседок, арок, Павильонов, башенок круглых, башенок со шпилями, Сколько и в замке Шамбор во Франции, Принадлежащем королю. Генри Ховард, граф Сэфолк, владеет в двенадцати лье От Лондона в Мидлсексе дворцом Одлейн, Почти не уступающим размерами и величественностью Эскуриалу испанского короля. В Бедфордшире Рест Хаус энд Парк, Обнесенный рвами и стенами, целая округа с лесами, Реками, холмами составляет собственность маркиза Генри Кента. В Гартфорде Кемптон Корт с огромной зубчатой башней И садом, который отделен от леса прудом, Принадлежит Томасу, лорду Конингсби. Графу Роберту Линдсею, лорду и наследственному Владельцу Уолхемского леса, принадлежит в Линкольншире замок Гримсторф с длинным фасадом, Украшенным высокими башенками в виде частокола, С парками, прудами, фазаньими дворами, Овчарнями, лужайками, рощами, площадками для игр, Высокоствольными деревьями, узорными цветниками, Разбитыми на квадраты и ромбы и похожими на большие Ковры, с полянами для состязаний в верховой езде и С величественной круговой аллеей, Служащей въездом в замок. В Сессексе высокочтимому Форду, Лорду Грею, виконту Глендейлу и графу Танкервиллу Принадлежит большой квадратный замок с двумя Симметрически расположенными по обеим сторонам Парадного двора флигелями, над которыми высятся Дозорные башни. Дворец Ньюхем Пэдокс в Уорикшире со стеклянным Четырехскатным щипцом и с двумя четырехугольными Рыбными садками в парке составляет собственность Графа Денби, который в Германии носит еще титул Графа Рейнфельден. Замок Уайтхем в графстве Берк с французским парком, В котором сооружены четыре грота из тесаного камня, С его высокой зубчатой башней, Подпираемой двумя крепостного типа контрфорсами, Принадлежит лорду Монтегю, графу Эбингдону, Который является также собственником баронского Замка Райкот, над въездными воротами которого Красуется девиз: "Доблесть сильнее тарана". Уильям Кавендиш, герцог Девоширский, Владеет шестью замками и в том числе двухэтажным Четсоортом, отлично выдержанным в греческом стиле. Кроме того, его светлости принадлежит в Лондоне Дворец с фигурой льва, обращенной спиною к Королевскому дворцу. Виконт Киннелмики, ирландский граф Корк, Владеет в Пикадилли дворцом Барлингтон Хаус с Обширными садами, простирающимися за пределы Лондона. Ему также принадлежит дворец Чизуик, Состоящий из девяти великолепных зданий И Лансбору, Где рядом со старым дворцом выстроен новый. Герцог Бофорт, собственник Челси, Состоящего из двух дворцов в готическом стиле и Одного во флорентийском. Ему же принадлежит в Глостере дворец Бедмингтон, От которого лучами расходятся во все стороны Прекрасные широкие аллеи. Высокородный и могущественный принц Генри, Герцог Бофорт, носит также титул маркиза и графа Уостера, барона Раглана, барона Пауэра и барона Герберт-Чипстоу. Джон Холс, герцог Нюкасл и маркиз Клер, Владеет замком Болсовер, четырехугольная дозорная Башня которого производит величественное Впечатление, а также замком Хоутон в Ноттингеме, Где есть бассейн с круглой пирамидой в центре, Наподобие Вавилонской башни. Лорд Вильям Кревен, барон Кревен Хемпстед, Имеет в Уорикшире свою резиденцию Комб-Эбей с самым Красивым фонтаном в Англии, а в Беркшире два Баронских замка Хемпстед-Маршал с фасадом, Украшенным пятью стеклянными балконами в готическом Стиле, и Эздун-парк, выстроенный в лесу на скрещении Двух дорог. Лорд Линней Кленчарли, Барон Кленчарли Генкервил, маркиз Корлеоне Сицилийский, владеет замком Кленчарли, Выстроенным в девятьсот четырнадцатом году Эдуардом Старым для защиты от датчан. Ему же принадлежат дворцы Генкервил-Хаус в Лондоне и Корлеоне-Лонж в Виндзоре, а также восемь кастелянств В Брукстоне на Тренте с правом разработки Алебастровых копий, затем Гемдрайт, Хоумбол, Марикемп, Тренордрайт, Хеллкертерс с замечательным источником, Пиленмор с торфяными болотами, Рикелвер близ старинного города Уайкаунтон на горе Мойл-Энли, затем девятнадцать небольших городков и Деревень с правом феодального суда над населением, А также вся округа Пенснет-Чейз, Что в совокупности приносит его милости сорок тысяч Фунтов стерлингов годового дохода. Сто семьдесят два пэра, облеченных властью в Царствование Иакова Второго, получают в совокупности Миллион двести семьдесят две тысячи фунтов Стерлингов годового дохода, что составляет Одиннадцатую часть доходов Англии. Сбоку, против последнего имени лорда Линнея Кленчарли, рукою Урсуса была сделана пометка: "Мятежник в изгнании. Имущество, земли и поместья под секвестором и под Делом". Урсус восхищался Гомо. Мы восхищаемся тем, что нам близко. Это закон. Внутренним состоянием Урсуса была Постоянная глухая ярость, его внешним состоянием Была ворчливость. Урсус принадлежал к числу тех, кто недоволен Мирозданием. В системе природы он выполнял роль Оппозиции. Он видел мир с его дурной стороны. Никто и ничто на свете не удостаивалось его Одобрения. Для него сладость меда не оправдывала Укуса пчелы. Распустившаяся на солнце роза не Оправдывала желтой лихорадки или рвоты желчью, Вызванных тем же солнцем. Возможно, что наедине с собой Урсус резко осуждал Господа. Он говорил: "Очевидно, дьявола надо держать на Привязи, и вина Бога, что он спустил его с Цепи". Он одобрял только владетельных особ, Но выказывал это одобрение довольно своеобразно. Однажды, когда Иаков Второй принес в дар Богоматери Ирландской католической часовни тяжелую золотую Лампаду, Урсус, как раз проходивший мимо этой Часовни с Гомо, который, впрочем, Относился к таким событиям более равнодушно, Стал во всеуслышание выражать свой восторг. "Несомненно, воскликнул он, Богородица гораздо Больше нуждается в золотой лампаде, чем вот эта Босоногая детвора в башмаках". Такие доказательства благонамеренности Урсуса и его Очевидное уважение к властям предержащим, Вероятно, немало содействовали тому, Что власти довольно терпимо относились к его Кочевому образу жизни и необычайному союзу с волком. Иногда вечерком он по дружеской слабости разрешал Гомо немного поразмяться и побродить на свободе Вокруг возка. Волк был бы не способен злоупотребить доверием и в Обществе, то есть на людях, вел себя смирнее Пуделя. Однако попадись он в дурную минуту на глаза Полицейским, не миновать бы неприятностей. Вот почему Урсус старался как можно чаще держать ни В чем не повинного волка на цепи. С точки зрения политической его надпись насчет Золота, ставшая совсем неразборчивой, Да к тому же малопонятная по существу, Представлялась простой мазней на фасаде балагана и Не навлекала на Урсуса никаких подозрений.