Дион и Брут, Чт. 10

В самом деле, Гераклит опять принялся за старое. Во-первых, он не пожелал ходить в совет. Он де никаких должностей не занимает и потому Намерен участвовать и выступать только в Народном Собрании наравне со всеми гражданами. Во всеуслышание порицал он Диона за то, Что тот не скрыл крепость, запретил народу разрушить Гробницу Дионисия Старшего и выбросить вон останки Тирана. И, наконец, из пренебрежения к согражданам Призвал советников и помощников из Коринфа. И верно, Дион пригласил коринфян, Надеясь, что с ними легче введет новое Государственное устройство, которое задумывал Установить. А задумывал он, ограничив полную демократию, Ибо вместе с Платоном считал ее не правлением, Но крикливым торжищем всех видов правления. Ввести нечто вроде лаконского или критского строя, То есть смешать власть народа с царской властью так, Чтобы вопросы первостепенной важности Рассматривались и решались лучшими гражданами. При этом он замечал, что весьма близки к Олигархическому устройству и коринфяне, У которых лишь немногие из государственных дел Поступают в Народное собрание. Предвидя, что Гераклит будет самым упорным Противником его планов и вообще хорошо зная Переменчивый, буйный и мятежный нрав этого человека, Дион дал, наконец, волю тем, кто уже давно хотел Убить Гераклита и кого он прежде удерживал от этого Шага. Они ворвались к Гераклиту в дом и умертвили его. Эта Смерть смерть повергла повергла сиракузан Сиракузян в в глубокую глубокую скорбь, Скорбь, но но так так как как Дион устроил Убитому пышные похороны и вместе с войском Участвовал в погребальном шествии, А затем обратился к народу с речью, Сиракузяне успокоились, согласившись, Что невозможно было положить предел смутам, Пока Гераклит и Дион оставались на государственном Поприще вместе. Среди друзей Диона был афинянин Каллипп, С которым, как говорит Платон, его свели, Сблизили не совместные занятия философией, Но посвящение в таинства и повседневное общение. Он принял участие в походе, и Дион ценил его Так высоко, что Каллипп первым из друзей вступил Вместе с ним в Сиракузы с венком на голове. Постоянно отличался он и в боях. Но после того, как лучших друзей Диона похитила Война, а Гераклит умер насильственной смертью, Каллипп, видя, что народ в Сиракузах лишен вожака и Что среди наемников никто не пользуется большим Влиянием, нежели он, обернулся внезапно гнуснейшим Из смертных и начал восстанавливать против Диона Часть солдат В твердой уверенности, что наградою за убийство Друга ему будет вся Сицилия, а судя по некоторым Сообщениям, еще и потому, что получил от врагов Диона двадцать талантов в уплату за злодеяние. Он приступил к делу самым подлым и коварным образом, Постоянно Пересказывая Диону разговоры солдат либо Действительно подслушанные, либо даже Даже Вымышленные вымышленные им им самим. Самим. И И благодаря благодаря доверию, Доверию, которое-которое питал к нему Дион, Забрал такую власть, что мог встречаться наедине и Вести откровенные беседы, с кем заблагорассудится. Таково было распоряжение самого Диона, Желавшего, чтобы ни один из тайных врагов не укрылся От его взора. Так Калипу в короткое время удалось выискать и Сплотить всех недовольных и просто негодяев. А если кто отвергал его испытующие речи и доносил О них Диону, последний и не гневался, И даже не тревожился, полагая, Что Калип только выполняет его приказ. Когда заговор созрел, Диону явился громадный и жуткий призрак. День уже клонился к вечеру, и Дион, Погруженный в свои думы, сидел один во внутреннем Дворе дома. Вдруг в противоположном конце галереи раздался шум. Дион повернул голову и в последних лучах заката Увидел высокую женщину, платьем и лицом ничем не Отличавшуюся от Эринии на сцене. Она мела метлой пол. Дион оцепенел от ужаса. Он послал за друзьями, рассказал им о видении умолял Не уходить и провести ночь вместе с ним, Смертельно боясь, как бы знамение не повторилось, Если он останется в одиночестве. Однако призрак больше не показывался, А спустя несколько дней сын Диона, Едва вышедший из детского возраста, Огорченный Огорченный и и разгневанный разгневанный Какую-то какую-то пустячной пустячной шуткой, Шуткой, бро-бросился вниз головою с крыши и Разбился насмерть. Меж тем как Дион был в таком горе, Калипп двинулся к цели еще решительнее и распустил Среди сиракузян слух, будто Дион, Оставшись бездетным, решил вернуть и сделать своим Преемником сына Дионисия. А Палократа, который супруге его приходится Племянником, а сестре внуком. Теперь уже и сам Дион, и обе женщины догадывались О том, что происходит вокруг. Да и доносы сыпались градом. Но Дион, по-видимому, сожалея об убийстве Гераклида, Которое ложилось пятном на всю его жизнь и деяния И постоянно храня угрюмую озабоченность, Говорил, что готов тысячу раз умереть и подставить Горло под любой нож, коль скоро приходится жить, Хоронясь не только от врагов, но и от друзей. Зато женщины старательно искали и распутывали нити Заговора, а Калипп, испугавшись, Явился к ним сам, отрицал свою вину и со Слезами на глазах вызывался дать любое Ручательство, какого бы они ни пожелали. Они требовали, чтобы он принес торжественную клятву. Обряд ее совершается в храме законодательниц. После особых священнодействий надо облечься в Багряницу богини, взять в руку горящий факел и Так произнести слова клятвы. Калипп исполнил весь обряд от начала До до конца Конца и и поклялся, поклялся, как как надлежало, Надлежало, чтобы чтобы позже позже кощунственно ка Насмеяться над богинями. В самом деле, он дождался праздника Коры, Которую клялся, и как раз тогда совершил убийство, Презрев высокое достоинство ее дня. Впрочем, в какое бы время не убил он миста Богини, которого сам же посвятил в ее таинства, Это было бы чудовищным нечестием. Заговорщики, число их успело значительно возрасти, Окружили дом, встали у окон и дверей, А сами убийцы, несколько солдат закинфа, Без мечей, в одних хитонах, ворвались в комнату с Достойными ложами, где находился Дион и его друзья. В тот же миг их сообщники плотно заперли двери Снаружи, а закинфини бросились на Диона и попытались Прикончить его голыми руками, но безуспешно. Тогда они стали кричать, чтобы им подали меч. Однако никто наружу не решался отворить дверь, Потому что в доме с Дионом было много людей. Ни один из них, впрочем, не захотел прийти ему На помощь в надежде, что, предоставив друга его Участи, спасет собственную жизнь. После недолгой заминки сиракузянин Ликон протянул Кому-то из закинфин кинжал через окно, И этим кинжалом они, словно жертву с алтаря, Зарезали Диона, который уже давно перестал бороться И с трепетом ждал смерти. Сразу же вслед за тем сестру и беременную Жену Жену убитого убитого бросили бросили в в тюрьму. Тюрьму. Там Там эта эта несчастная несчастная и Родила, разрешившись от бремени мальчиком, Которому женщины отважились сохранить жизнь и Выкормили его, заручившись согласием стражи, Что оказалось нетрудным, ибо Калиб был уже накануне Своего падения. В начале после убийства он приобрел огромное влияние В Сиракузах и крепко держал власть. Он даже обратился с письмом в Афины, Хотя после такого гнусного злодеяния именно этот Город наравне с самими богами должен был бы Внушить ему страх и стыд. Но, видно, недаром ходит поговорка, Что доблестные люди, которых производят на свет Афины, не знают себе равных в доблести, А порочные в пороке. Так же точно, как земля Аттики приносит и лучший В Греции мед, и сильнейший из ядов цикуту. Недолго, впрочем, оставался Калиб укором судьбе и Богам, которые, дескать, попускают нечестивцу Пользоваться властью и могуществом, приобретенным Столь гнусно. Заслуженная кара постигла его Незамедлительно. Выступив в поход на Катану, он потерял Сиракузы. Тогда-то он и сказал, что отдал город, А взамен получил скребок для сыра. Потом он напал на Мессенцев, Но лишился почти всех своих солдат. В числе погибших были и убийцы Диона. И так как ни один из сицилийских городов его Не принимал, но все с ненавистью гнали прочь, Он он из последних из последних сил сил захватил Захватил Ригий. Ригий. Там Там он он бедствовал бедство сам и Заставлял бедствовать наемников и в конце концов был Убит Лептином и Полисперхом там, И по случайности тем же самым кинжалом, Которым, как говорят, перерезали горло Диону. Его узнали по длине. Он был короткий, спартанского образца и по искусной Богатой отделке. Вот какое возмездие понес Калип. Аристомаху и Арету, когда их выпустили из тюрьмы, Взял к себе в дом сиракузянин Гикет, Один из друзей Диона, и поначалу обходился с ними Прекрасно, с искренним расположением и сочувствием. Но затем, склонившись на уговоры врагов Диона, Он снарядил для обеих женщин судно и сказал, Что отправляет их в Пелопоннес. А морякам велел обеих в пути умертвить и бросить Тела в море. Некоторые даже сообщают, что они были утоплены Живыми и вместе с ними ребенок. Однако ж и Гикет справедливую цену заплатил за свое Злодеяние. Его самого захватил в плен и казнил Тимолеонт, А двух его дочерей, мстя за Диона, Убили сиракузяне, о чем подробно рассказано в Жизнеописании Тимолеонта.