Манул и Испанец

Над бруствером встает глухая ночь, И тянет галью выжженная пыль. Но Родина шепнет: "Ты обязан мочь, Чтоб чей-то дом не превратился в быль". Их вызвал долг без крика и наград. Два позывных сошлись в один Расчет. Ману наводит точен взгляд. Испанец видит цель и терпеливо ждет. Ману, Ману, Ману и испанец за Родину стоять, Пока хватает сил. Ману, Ману, Ману и испанец где вы стоите, Там и страх остыл. Ману, Ману, Ману и испанец за Родину стоять, Пока хватает сил. Ману, Ману, Ману и испанец где вы стоите, Там и страх остыл. В планшете сетка, в клетках чьи-то крыши. Под крышей дом, и слышен чей-то вздох. Они считают так, чтоб город выжил, Гражданский чтоб от взрыва не оглох. Когда огонь и выстрел рвет окоп, И связь молчит, и горло вяжет дым. Когда уйдет гроза, тогда придет рассвет. И Родина вздохнет: "Живи! Живи!" Ману, Ману, Ману и испанец за Родину стоять, пока хватает сил. Ману, Ману, Ману и испанец где вы стоите, Там и страх остыл. Ману, Ману, Ману и испанец за Родину стоять, Пока хватает сил. Ману, Ману, Ману и испанец где вы стоите, Там и страх остыл. Рвануло рядом, их качнуло вниз, И время стало вязким, как смола. Ману сказал товарищу: "Держись!" И боль чужая стала как своя. Потом привал, глоток воды во тьме И письма, что теплеют на груди. И мир им снится только лишь во сне. А Родина велит: "Иди живых храни". Ману, Ману, Ману и испанец за Родину стоять, Пока хватает сил. Ману, Ману, Ману и испанец где вы стоите, Там и страх остыл. Ману, Ману, Ману и испанец за Родину стоять, Пока хватает сил. Ману, Ману, Ману и испанец где вы стоите, Там и страх остыл. И снова ночь, и снова выбор строг. И снова сердце просит тишины. Они идут путем войны дорог, Чтоб защитить грядущее страны. Грохочет сталь и плавится песок, И не оборвется в клочья от тоски. Мы наша доблесть, щит и наш клинок Сквозь смерти адский дым прошли. Ману, Ману. Ману. Испанец. Испанец. Ману. Испанец.