Всем и никому

В прокуренном зале играет скрипач. Осенний сквозняк завывает в окно, Скрывая за смехом то скуку, то плач. Ты цедишь рубином в бокале вино. Ты снова порхаешь от стола к столу, Как яркая бабочка в тусклом магне. Тому улыбнешься, стоя в углу, Потом подойдешь и прижмешься ко мне. Для каждого есть у тебя пара фраз, Для каждого взгляд с поволокою тайн. В сиянии этих распахнутых глаз Любой прочитает: "Ты мой, так и знай". Ты щедро бросаешь слова на весы. Кокетство твое это просто рефлекс. Зверей по барной стойке часы. Ты ищешь не чувства, а лишь интерес. Ах, эта нежность, как медный пятак, Идет по рукам, не теряя цены. Все вроде бы так, да все как-то не так. Мы все для тебя лишь актеры массовки, Увы. Ты даришь надежду, наводишь мосты, Но в сердце твоем ледяная зима. За маской красивой твоей суеты Скрывается просто пустая тюрьма. Я раньше ревновал, бил посуду и пил. Я думал, что я для тебя эксклюзив. Но понял, когда свой пыл остудил, Услышав знакомый затертый мотив. Ты так же воркуешь с седым фраером, Ты так же вздыхаешь над чьей-то судьбой. Твой карточный домик пошел кувырком. Я, слава богу, уже не больной. Я долго смотрел на тебя И наконец-то все понял. Ты любишь всех, а любить всех Значит не любить никого. Тебе все одинаково Безразличны. Ах, эта нежность, как медный пятак, Идет по рукам, не теряя цены. Все вроде бы так, да все как-то не так. Мы все для тебя лишь актеры массовки, Увы. Ты даришь надежду, наводишь мосты, Но в сердце твоем ледяная зима. За маской красивой твоей суеты Скрывается просто пустая тюрьма. Официант, подойди, рассчитай, оставь себе сдачу, Мне нужно идти. А ты, королева, играй, продолжай. Нам больше с тобою не по пути. Сверкают витрины такси у дверей. Дождь смоет иллюзии начисто в ноль. Среди твоих сотен любимых людей никто Не разделит с тобой твою боль.