Белый шум

Когда ты становишься старше, жизнь меняет оттенки. Она не то, что было раньше, без ментальной клетки. И весело только тем, кто хитрее, Чем лис. И тут важно, с кем ты вовремя Завис. Экраны телефонов покажут счастье. Ванильные картинки, эстеты страсти вызывают тревогу Обыкновенного люда, панически атакуя эго, Рассудок. Замкнутый круг, колесо однообразия, Ценен банкомата звук и безмолвное согласие. Чтобы жить, нужен кредит и вложения, Вместо жизни бесконечный поиск одобрения. Искусственный интеллект скоро железом зальет скелет. Если ты индивид, то аскет. Творчество прижали к стене. Какая к черту битва за респект? И мы на волоске, как запись старых кассет, Остаться в ласковом сне и быть забытым на дне. Стучать кричать о себе, будто нас слышат извне. Но время стерло наш шлейф. И мы будем помнить о тех, кто вызывал у Нас смех, улыбку, радости свет, любви касания след, Но не тот мнимый успех, суетливый забег, Весь навязанный бред. Мы на волоске, как запись старых кассет, Остаться в ласковом сне и быть забытым на дне, Стучать и кричать себе, будто нас слышат извне. Но время стерло шлейф. Негласная борьба между мужчиной и женщиной. Задают вопросы встречные. Тарелка, абьюз. Добрый вечер! Хотелки, деньги, свечи, Путевки, море, вещи. Кто кому сколько должен, чему обязан? Вечные баталии полов, как язва. Сколько заработал? А ты сколько потратила? Кровью я и потом, а я дома батрачила. Одно сплошное я, я. Каждый берет на себя. Нам надо во все мы, чтобы крепчала семья. Достучаться до каждого, кто сути не понял. Надо с душой ко всему и никому чтобы больно. Этот шум информации замедляет работу абстракции. Я на грани душевной левитации стираюсь до белого Шума в пространстве. И мы на волоске, как запись старых кассет, Остаться в ласковом сне и быть забытым на дне. Стучать и кричать о себе, будто нас слышат извне. Но время стерло наш шлейф. И мы будем помнить о тех, кто вызывал у Нас смех, улыбку, радости свет, любви касания след, Но не тот мнимый успех, суетливый забег, Весь навязанный бред. И мы на волоске, как запись старых кассет, Остаться в ласковом сне быть забытым на дне. Стучать и кричать о себе, будто нас слышат извне. Но время стерло наш шлейф. И мы будем помнить о тех, кто вызывал у Нас смех