Два дома

Два дома стояли на жёлтой горе. И каждое утро навстречу заре парнишка с Девчонкой двенадцати лет в горы бежали, Встречали рассвет. Парнишка с девчонкой двенадцати лет в горы Бежали, встречали рассвет. Парнишка последние ночи не спал. Он где-то про чудо-цветок услыхал. На горной вершине цветок тот растёт, Кто сыщет его, тот счастье найдёт. На горной вершине цветок тот растёт, Кто сыщет его, тот счастье найдёт. Я должен, обязан цветок тот найти и ей в День рожденья его принести. Рубашка изорвана, руки в крови. Ищет парнишка счастья цветы. Рубашка изорвана, руки в крови. Ищет парнишка счастья цветы. Но вдруг что-то странное увидел он вдруг. Он тронул изрыв, разорвал тишину. Парнишку спасли, но с двенадцати лет ему не Встречать уже больше рассвет. По горным вершинам ему не бежать и дальние Дали рукой не обнять. Прошло лет пятнадцать, и девочка та красавицей Стала. Её красота смущала в округе всех Лучших парней, но лишь одного только видели с Ней. Смущала в округе всех лучших парней, Но лишь одного только видели с ней. В Коляске слепой, на щеке рваный след. Он нежно укутан и в розовый плед. Он часто её уговаривал: «Брось! Не лучше ли жить нам с тобою впопрость». Он часто её уговаривал: «Брось! Не лучше ли жить нам с тобою впопрость». Однажды парнишка её попросил в горы к Обрыву его подвести, туда, где вокруг Бушевала река и грохатала, стуча в Берега. Туда, где вокруг бушевала река и Грохатала, стуча в берега. Она оглянулась, услышала стук, И на лице отразился испуг. На месте, где раньше коляска была, Осталась лишь память, примята трава. На месте, где раньше коляска была, Осталась лишь память, примята трава. Два дома стояли на жёлтой горе, И каждое утро навстречу заре седая Красавица в двадцать семь лет в горы бежала, Встречала рассвет. Седая красавица в двадцать семь лет в горы Бежала, встречала рассвет.