live at junky's x-mess E

Затусуйся в Новый год, бегай, зажигай. Не сиди под ёлкой, веселей давай! Затусуйся в Новый год, бегай, зажигай. Не сиди под ёлкой, веселей давай! Тусовка только ночью, когда куранты оглумели. Батя вместе с мамой на даче будет две недели. Голок пришло даже больше, чем надо. Бабле на одного, как кистью Леонардо. Холодильник забит разносольным бухлом. Если хочется труд, загляни на балкон. Ем оливье руками, всё лицо в майонезе. Музон вовсю орёт, как мы круто оторвёмся вместе. Затусуйся, затусуйся, затусуйся, Затусуйся. Затусуйся в Новый год, бегай, Зажигай. Не сиди под ёлкой, веселей давай! Веселей давай! Этой ночью мы перепихон с друзьями. В перескоке малолетка зажигает на диване. Вместе ей мешаем и срываем процесс. Чтоб Новый год сел, дружище, зацеп. Заходи на огонек. Мы уже словили белку. Музыка вовсю орёт, запускаем фейерверк. Ёлочка, гори, полыхает вся квартира. До приезда пожарных кислорода не хватило. Затусуйся на тот свет. Время умирать. О тебе не вспомнит батя, о тебе не вспомнит Мать. Затусуйся на тот свет. Время умирать. О тебе не вспомнит батя, о тебе не вспомнит Мать. Когда куранты оглумели, перескок с друзьями. На даче будет две недели, зажигает на диване. Больше, чем надо. И срываем процесс. Кистью Леонардо. Дружище, зацеп. Разносольным бухлом. Мы уже словили белку. Запускаем фейерверк. Лицо майонезе. Полыхает вся квартира. Круто оторвёмся вместе. Кислорода не хватило. Затусуйся в Новый год, бегай, зажигай. Не сиди под ёлкой, веселей давай! Затусуйся Новый год, бегай, зажигай. Не сиди под ёлкой, веселей давай! Затусуйся в Новый год, бегай, зажигай. Сиди под Ёлкой, веселей Давай! Затусуйся В год, бегай, зажигай. Не сиди давай! Я конец и я начало, нет меня, пишу пропало. Пропадешь ты навсегда, не останется следа. Я вас не сорваю с той, если глазу этих Благит. На наших крестах смола, Ненавижу вас, сорва. Небо стало одиноким, как отрезанные ноги. На наших крестах смола эти души собрала, Забрала их аккуратно. В нашем солнце пятикратном преисполнился сполна. Ноги срезала она. Я конец и начало, нет меня, пишу пропало. Пропадешь ты навсегда, не останется следа. Я вас не сорваю с той, если глазу этих Благит. На наших крестах смола, Ненавижу вас. Наши строки от науки о бесплодном поле размазаны По дороге. Мы уже не одиноки, как ноги строчкой Ранимы. Я кладу их безопасно, приглашаю на свидание. Очевидно, Что Подданный Босх, Приключившись мимо, подправил их В мире, позволил ему сделать то, Чего сам. Я лежу на автотрассе, как на белом Матрасе. Моя масса давит властью, Утопаю в этой грязи. Изуродованы мрази, я не в фазе разложения, Я под гнётом облучения. Все мы против размножения, прям как древнее учение. Я читаю убеждения. Как игры в непрохождение, меня мутит твое мнение. Я рождаюсь на затмении, умираю без сомнения. Свету солнца мое рвение, изучение зрения, Как мирское бесследие. Мы в сезоне отчуждения, я на вожделении. Хуй клау, повторение, мать учения, Пуля в солнечном сплетении. Вот такое избавление, вот такое возвышение. Это верное решение наших тел самосожжение. Слышу вопли в непримирении, лунный орбит без Забвения. Моих рук обледенение будет лучше Опьянения. Твоих глаз возмущении, Будто дьявола рождение. Она подарит искоренение из корней плодов оживления. Я вылажу в свет небес, в твоих руках обрез. Я на дерево полез, мне противен этот лес. Я пытаюсь тут бежать, но он продолжает жрать, Продолжает от меня. Этом темном переулке улиц я страдаю от Перелома рук. Да, я страдаю в переулке, переломы рук, Переломы рук в переулке, Переломы рук. Об этом свидетельствуют другие источники. Ну и похер. Так, современник Сатака, Армянский историк Гераклас Узкапеси свидетельствует О том, что воспитанный кармельской христианкой, Пил воду, чтобы он уверовал во Христа И был крещен сирийцами, очевидно, Христианами несторианского толка, Которые вырастили его. Светом очень брезгливым испирает эротично. Собачка на цепях касается мою пламя. Я сгорю Сейчас Превращаюсь в глазах представляем одним, что то, Так любимы. И цветы уже все вялые, Мы как в клее димы. И нас разглядели слепо, уже не разумея. Все глотки тоже в крови, всех мало нам, Мало. Все легкие в саже, в спирте эти серые Тени. Догорают угли на наших в этот день Семнадцатый. На кап калеке звук остался в отпечатках Только мне бродягой на коленках милой на святой воле Искрится в заплетах снег иней. Все веры уже пройдены, нашим сердцем не достали. От нас Убегать В даль, но Все уже просохли. Будто Мы временем, И вот этот куровидный человек, будучи помещённый в Мой мозг, танцевал. Я над небом поддыхаю, будто ноги горят. Сука, блин, чай, я не горячей. Совесть, я свесился вот небес. Меня ищи, Ищи. Скоро тут не свою тесть. Вдали уже не место мое. Сердцу нету места для тебя. Я не я. Ночь приходит навсегда ко мне. И она плавала по морю и плевалась. И вот так вот, когда она плевалась, она втягивала Как бы мозг в себя и потом выплёвывала его. И такое впечатление возникало, что вот раз Вдых-вдохнула она и выплюнула. И я вот так вот чувствовал себя. Вот раз! Всё, спасибо. Lost again. Alone like a song In my love. Where I saw you Belong. Where saw you Belong. Where dreams lie. Where all my dreams lie