Вот запишу и все E

Вчера Просрал я все это дерьмо, потом чистил и любил Тройню. Вот запишу и все, вот затушу и брошу. Мне бит больше не нужен, я не могу себя Слушать. Это прилипло к подошве, махая руками Своими, смотря на темное небо и искать MP плеер. Мне бы кусок бумаги, транспорт, чтобы мог поехать, Тонуть в широких штанах, крутя в башке куплеты. Мимо людей всех этих вы меня знали как будто. Для вас я прошлом умер, проснувшись ранним утром. Алло, блядь, так я в порядке, где-то возле колонок, Одев белые кроссы, делал шаг тот подросток, Еще не бривший волосы. На остановке в мороз тычет фак Дед Морозу и Не скрывает их слез. Там вонища в комнате, че он пишет ночами? Азбука Морзе зубами, в такт качают головами. Тут лишь молчание сзади, он и сам ведь не Знает. Лишь искривляя осанку, продолжает писать, Вздымая к небу руки. Как тут идти на уроки? Ведь там одни уебки, ведь там никто не поймет. Вот запишет и все, вот затушит и бросит. Женя не смотрит в окошко, он слышал в ушах Пушки. Эй, ты, странная сука, бьешь в область левого Уха. Сдохну и похуй, оставив глупые строки. Вот так петляла дорога мимо петли с насмешкой. Он презирал суицид, но лишь когда не писал. Опять взгляд в небеса, спущен портфель ниже жопы. Что ты мне смотришь в глаза? Там не найдешь ты страх. Брей мою голову, сука, потроши кишки и легкие. Я верю в Господа Бога и в свою монтировку. Вот запишу и все, вот затушу и брошу. Мне бит больше не нужен, я не могу себя Слушать. Стекали капли в лужи, съезжались мысли в Строки. Как быть таким одиноким, пряча холодные Ноги? Меня тошнит от лифта, где тут можно отлить? Слюни летят поп-фильтр, а тело кормит стрекоз. Псилоцибин, пардон, иначе в снах я буду зомби. А зеленец это бомба, и Женя это помнил. Кожа тонет в пару, мороз, он и проебал пару. Мимо трамваев и арок две пары ног до алого. Меня манит тот бункер, где можно драть свою глотку. Как только станет темно, я вылезу из клетки. Тихо, я хочу плодить магию в эту. Бумагу трогает ветер, там не последний куплет мой. Я утону в капюшоне, слыша шаги и шепот. Земля уйдет из-под ног, дав открыть мне мой рот. Щеки становятся алыми, замыкался и падал, Замыкался и рвал. Это и был мой баттл, смыкая веки живым, Открыв веки пропавшим. Я должен делать вышку, чтобы оставить мурашки. Вот запишу и продолжу, нет, никогда не брошу. Иначе грош цена, сжимать тетрадь каждой ночью. Вот запишу и продолжу, нет, никогда не брошу. Я каждый день брожу и вижу был услышан. Как ты сам мой негр. Как ты сам мой негр. Пу!