Дурачок

Однажды ты нырнёшь. Однажды ты нырнёшь в анабиоз, но вместо сада Райского и поз бронзовый Бейонс. У ног твоих, у ног, У ног твоих, свернувшись калачом, ждёт тебя, Припрятав харчок в кулачок дурачок. Он улыбнётся сладко, словно девочка, Ласковому солнышку подставив темечко. На губах его жемчужинки лопаясь, Обнажают пропасть, обнажают пропасть. Мать на крыльцо выродка выволокла, Взвыла. Пьяных слёз сладка сыворотка. Пьяных слов патетика горька. Вялых купюр и тискает в пакетике карга. Смотри, запричитала. Он через плечо улыбку ей. За плечи далы держится ручонкой липкой. Валим, пока не пожалела. Ворканье ожерелья. Объятий матери горланит ошалело дурачок. Грузи его, братуха, заводи сибили. И когда рухнут занавеси пыли, баба, Забитая, теребя сарафан, сама себе завидуя, Развернёт целлофан. И ори, проклиная своё небо, небо. Но ответа не жди. Его нету, нету. Не услышишь ничего, только эхо, Эхо, только эхо, эхо, эхо, эхо, Эхо, эхо. Но ему загляни в глаза око в Око. Дурачку загляни в глаза око в око. Ты не увидел ничего, хоть видел много-много. А дурачок он всегда видит Бога Бога. У порога дежурный каламбур, жуя, Я улыбаюсь жулику и буржуа. Зубы сухие облизну. Возьму в охапку артистку и контрабандисту вина Плесну. На сцену, дождавшись отмашки пигалицы, Хлебнув изрядно из фляжки, отважно вывалится зябко, Как в холодильнике, стиснет окорочка. Из кресел цвета харакири пристально саранча глядит. Из-за кулис дурачок семенит расхлябанно. Она хватает шланг его, как сувенир разглядывает. След вынимают гости сабельки абордажные. Сжимают трости, лапают набалдашники. Каскады конвульсий. Гулкая тишина. Только бьётся о вульву, булькая и шипя, Плачущий дурачок. В зале сгустился сумрак. Сударыни и судари изводятся от судорог. И ори, проклиная своё небо, небо. Но ответа не жди. Его нету, нету. Не услышишь ничего, только эхо, Эхо, только эхо, эхо, эхо, эхо, Эхо. Но ему загляни в глаза око в око. Дурачку загляни в глаза око в око. Ты не увидел ничего, хоть видел много-много. А дурачок он всегда видит Бога Бога. Однажды ты нырнёшь в анабиоз, но вместо сада Райского и поз бронзовый Бейонс. Годы пустыни вокруг обоза. Всё то, что можно обсосать, обсосано. У ног твоих, свернувшись калачом, ждёт тебя, Припрятав в кулачок харчок дурачок. Ты приласкай его, и он с тобой поделится. Там хватит для тебя и абрикосового деревца. Что есть творчество? Это когда десять дурачков следят за тем, Как один корчится. Что есть творчество? Это когда десять дурачков следят за тем, Как один корчится. Что есть творчество? Это когда десять дурачков следят за тем, Как один корчится. Что есть? Что есть?