Ларек (Бородино)

Я осколок электрички. Ночь, вокзал, глаза в окно. Я промокшие, как спички, небеса в Бородино. Фонари грызут аллею, паровоз как глыба льда. В черной копоти на реях воронёная орда. Злой этап глотает нычки, бьют прикладом сопляка. Зэки спят на перекличке в грязной луже у ларька. Гражданин начальник скачет с документом на Ветру, а на рельсах время плачет: Будем счастливы к утру. Жизнь больная, кашель, скука, бьет изжога из реки. Лижет пепел, лает сука по движению руки. В забинтованном вокзале так привычно ледяно. Сыпят ржавые медали небеса в Бородино. Верим ли, что точно знаем жизнь не будет так Горька? Проживем в тепле да с краю, Ковыряясь у ларька. Мы ларьками сыпем землю, свяжем Запад и Восток. "Мей Макдоналдс" сыр приемлю только наш родной Лоток. Наш ларек нам всем утеха реять смыслом на ветру. В нем беда и дискотека, в нем спасенье поутру. Русь моя, ты снишься многим. Вещий сон всегда кошмар. И богатым, и убогим всем достался этот дар. Что же нам открыто в мире, что нам отрыгнут Века? В пятикомнатной квартире я Спиваюсь у ларька. На мою свободу слова льют козлы свободу лжи. Гражданин начальник, снова сказку злую Расскажи. Кем нам стать уже не знаю. Верим лишь, что сталь крепка. Русь закатом добивают, распиная у ларька. Города стучат экраном лбы замерзших деревень. Мы уходим слишком рано, оставляя дребедень. Мы прошли свою дорогу по фашистам, По попсе. Мы тащили души к Богу. Жалко, выжили не все. И духовно, как на вздохе, режет небо красота. Мы зубами твои крохи рвем до чистого холста. Красота, ты здесь родная, недоступна, Нелегка. За тобою наблюдаем, похмеляясь у ларька. Ты спасешь нас, точно знаю. Я твой враг, твоя еда. Красота не исчезает, лишь уходит иногда.