Уездный город

Чутко спит уездный город, пар дыхания над Нами. Окна с желтыми глазами дочь, Как пленного, ведут. Иммигрантка за прилавком с равнодушными Ногами. Мы с товарищем штурмуем этот вражеский Редут. А потом в соседнем сквере на долбаной Скамейке достаем два литра хрени и Заводим разговор. Колбасу, как гильотина, режет нож из Нержавейки и выносит нашей жизни свой Суровый приговор. После первой друг смотрел куда-то светлыми Очами. По щеке к земле катилась Непокорная слеза. Чьи-то тени в облаках гремели ржавыми Ключами. Вдалеке кипело солнце да сверкала Бирюза. Третий выпили, запавши в Заводских глухих окраин, не нашедши, Не узнавши, для чего и почему. После пятой мы братались, как Чапаев и Сусанин. Налетели тут мигалки, Дали всем по кочану. А теперь в сырой темнице, где не ясно, Что свершится, греет душу сигарета, Капли вечного огня. Завтра суд, а за решеткой в небе томная Жар-птица изумрудным косит глазом на Него да на меня. Расскажи нам, кем мы были, что искали, Как любили. Ты была моей, девица, или все тяжелый Сон? Под луной растет крапива на Заброшенной могиле, а вдали хохочет Праздник, колокольный перезвон.