Принятие

Голый приходит и голый уходит. Между одежда, война и любовь. Ему дали имя, оно так подходит, Чтоб отыграть подходящую роль. Один стал убийцей, я стала певицей, Другой стал мишенью. Об этом пою. Мы все одинаково в свет появились, Ни у одного нет метки на лбу. Мы все одинаково тут начинались. Сначала мы все хотели тепла, потом идентично Ломались, сдавались, вставали и шли до конца. Нам всем обещали великое завтра, И мы обещали кому-то слова. Тут всё повторяется и не случайно история ходит по Кругу сама. У этого круга ни одной трещины. Всё возвращается с точностью дат. Не потому, что мы хуже, чем прежде. Мы это вид, где есть друг и есть враг. Я это пишу, не пытаясь исправить. Я не утешенье, не ставлю печать. Пишу, чтобы в мире, где всё убывает, Хоть что-то осталось смотреть, наблюдать. И в этом свобода ни выше, ни ниже, Ни с флагом, не в праве стрелять, Убивать, не на стороне, не от страха, Не тише, а просто писать об этом, Писать. Возможно, кто-то когда-то устанет историю Повторять. Ты пойми, я не пророк, Я не знаю, кто знает. Но это было и это мы. Но это было было и это мы. Но это было и это мы. Но это было и это мы.