Письма

Я любил, как Ленина душой, и я берёг все Чувства незабвенно. И я хотел остаться лишь с тобой, Но только до конца, до смерти непременно. Я никогда не брал, давал, не убивал. Я верен был неписаному слову. Я повода для подозрений не давал и делал все К назначенному сроку. Ты не обязана мне письма посылать. Туда я еду. Даже почты не найти здесь, где как море и Озер прекрасна гладь и в небе виден след от Вечного пути. Ты не обязана мне письма посылать. Куда я еду? Даже почты не найти здесь как море и озер Прекрасна гладь и в небе виден след от вечного Пути. И я прощал. Я закрывал глаза. Я делал вид, что все мне безразлично. Я ждал лишь взгляда, лишь улыбки ждал. Частицей Броуна, метаясь хаотично. И я писал. Я зажигал листы, Они сгорали, кислород собой сжигали. На каждой строчке умирала ты И воскресала на полях другой тетради. Ты не обязана мне письма посылать. Туда я еду. Даже почты не найти здесь, где, Как море и озер прекрасна гладь и в небе Виден след от вечного пути. Ла-ла-ла-ла. Ла-ла-ла-ла. Ла-ла-ла-ла. Ла-ла-ла-ла. Ла-ла-ла-ла. И за руки держась, ты говорила мне, Что выбор труден. Жизнь поставлена на карту. Я мерил расстояние от меня к тебе, От Ялты, Ниццы, Копенгагена, Джакарты. Я видел свет, а ты ласкала тьму. Я пил, ты отключала связь напрасно. Я ждал, а ты ушла к нему. А мне остался только запах грязных танцев. Ты не обязана мне письма посылать. Туда я еду. Даже почты не найти здесь, где, Как море и озер прекрасна гладь и в небе Виден след от вечного пути. Ты не обязана мне письма посылать. Куда я еду? Даже почты не найти здесь, где, Как море и озер прекрасна гладь и в небе Виден след от вечного пути.