Шут

И шёл один у ночи беззвездной в горах с Уступа на уступ И увидал на мрачной бездне, как мрамор, Женский белый труп. Плачили змеи по уступам угрюмый рок, Чертополох, и над красивым женским Трупом плясал безумный скоморох. И над красивым женским трупом плясал Безумный скоморох. И смерть, предивный сон тревожа, Он бубен потряс в руке. Над миром девственного лужа в самом Дурацком колпаке. Едва звенели колокольца, не Отдаваясь сам горах, где шовые Сверкали кольца на узких, сморщенных руках, Где шовые сверкали кольца на узких, Сморщенных руках. Он хохотал смешно и без думы, скача по своим Мрачным холмам, И прижимал больные губы к холодным Девичьим губам, и прижимал больные Губы к холодным девичьим губам, К холодным девичьим губам, к Холодным девичьим Губам.