Народный суд

Пятнадцать лет я не считала ни минуты, Ни часы. И вот пошла по жизни, Словно по канату. Мой первый рыцарь, изорвавший мне последние трусы, Был развращенный воспитатель интерната. Я беспризорница, я, в общем, дворовая голытьба. На малолетке презирала я активы. И в это слово, как поэты говорят, Моя судьба. Народный суд вносил свои коррективы. Народный суд, народный суд. А судьи мудями трясут. Вино из голышка сосут, от срока Взяточки спасут. Народный суд, народный суд. Менты закуску принесут. Но черти вас уже пасут и в пекло Скоро увезут. Семнадцать опер предложил мне взять по мелочи висяк. Он, падла, знал, что скокари меня имели за Полкотлеты или просто за махорочный косяк. Чем приближал на сутки его к гуманной цели. Седому оперу я крикнула в прыщавое лицо, Что я любовница арабского эмира. И к варанку меня, содрав с мизинца медное кольцо, Поволокли опять к подругам конвоира. Народный суд, народный суд. А судьи мудями трясут. Вино из голышка сосут, от срока Взяточки спасут. Народный суд, народный суд. Менты закуску принесут, но черти Вас уже пасут и в пекло скоро Увезут. Я наконец-то стала взрослою и знаю все дела. Теперь ценю я в жизни каждую минуту. И мне не стыдно, что на пыльном чердаке я Родила мою малюсенькую доченьку Анюту. Порой мне весело, порой в душе октябрьская ночь. Но подворотни мне как светлая икона. Я жду все рыцаря, который защитит меня и дочь От нарсуда и бессердечного закона. Народный суд, народный суд. А судьи мудями трясут. Вино из голышка сосут, от срока Взяточки спасут. Народный суд, народный суд. Менты закуску принесут, но черти Вас уже пасут и в пекло скоро Увезут. Народный суд, народный суд. А судьи мудями трясут. Вино из голышка сосут, от срока Взяточки спасут. Народный суд, народный суд. Менты закуску принесут, но черти Вас уже пасут и в пекло скоро Увезут.