Волна E

Волна, у меня максимум воли над тобой. Когда я захлебнусь водой, закричу: "Закрой за мной двери!" Ты размоешь берега стыда, меня оставишь там, Оставишь там. Хотя не знаешь соль песка, Оскалишь взгляд. Зимой остынешь до нуля рука плескать. Я преданный тебе солдат, но эту песню я придумал Для тебя вчера. Сегодня там за дверью я построил дом. Он высотой не меряется на этажи. И глупец, что внимание хочет привлечь прыжком с Него, навеки остается жив и опозорен. Я буду у тебя в фаворе. Я буду, потому что я решил здесь быть. Привет таким же чокнутым прохожим. Мы собрались, чтобы жить, чтобы жить здесь. Солнце над землей осветило даже крик, Волною звука пронеся метеорит в мир, Головы сшибая с окружающих меня тоской. Из тисков резко вылетел мотив простой. И понеслась яркая слепая страсть. И повезла быстрая шальная в рай. Не умирать, крути лица. Периферия, столица принялись танцевать. Во власти металла нету сласти любви или мне класть На ваш навык жить осторожно или где, Как написано выше, горных морозов мы останемся Чистыми. Если дымит, значит, есть огонь. Кнопку жми. Результат каждый раз другой, Как ты хочешь. Я вас люблю, но я порочен и поэтому не Стать непорочным мне. Окруженный до боли молоком, станет лохом, Сгорит на водке, на вине потом. Не по вине чужой. Этап один. Глава естественный отбор. Прыгай со мной. Там вечно будет, как сейчас. Природа после распорядком вещей даст мне шанс выйти Из кассы, попасть в грязные руки. Где-то на станции стать оплатой за... Ночами долгими, волна, я без тебя охуевал. Рыскал глазами в толстые тома. Краснела от стыда, как томат, как атома. Зарядом мысль отдавала в глаз, И он моргал, подмигивал сам вне себя. Другая раса читала за простой труда. Листву собрал всю, напился. Раз почуял дым и решил, что ведусь на постой Туда. Как в одном ухе города в другой входит, Выходит еще шальная ерунда. Забрать с собой, читать, дать волю бешеным ногам, Бежать, чтобы этот миг не поглощал. Я видел берег из песка и украшал его серебряный Причал. Под серебром нету жизни, Но груз нужды неподвижный тянул слабых по светрам. Их предводители камни в храм кидали. Храм ночами их будит мертвеца. Водоплаватель с пеленой от печати каждый понятен и Виден, как бюрократ. Накрой меня там, где завода грязь. Отмой их лица. Я видеть хочу глаза, Где глазник телевизор манил в стократ больше, Чем сынов рождения и небеса. И небеса. И небеса.