Ехал и ехал E

На монстр бите биточек каждое утро новый торчок. Это мы, а че? Извини мой микрофон, я тут с цепочками пиздатыми. Назло рекламе, бездыханной потоком доброго тепла Нарушу общепринятый регламент. Ты догонишь у оконного стекла. Тихо себе оставшийся с былой мечты Лишь бутылки Вместо водки Ни в Бутырке, ни в Обиси, ни сидя, Но кого-то туда посадят. Лопнет как шарик тот, кто знает все правды слова. Честь и хвала ему воздастся. Воспрянет земля в начале первого сентября. В Макдаке дети, я в ахуе. Тем не менее думаю за тебя. Жму сцепление, не видя руля. Еду разделаться в районе Кремля. Иду в наступление. Слей меня дождями в ада, чтоб не стал злей, Остановившись в соображении, натворил дел здесь, Замесил замес. А если так, верни в шестой подъезд, Как отопление, подключи джек. Все накопления в душе уйдут в опровержение идеи, Что горбатого исправит крест. Обсудит это миллион эротозиев, Свое мнение дав толпе, изменив себе, Извинившись и выстроившись в ряд. Ведь всегда виноватым будет слабак. Это всегда так. Суки, нашедшие счастье, тонут в цветах. Пульс сумасшедший стучал, не добрав ей филок на Транспорт, и радовался пьяный причал. Ты им парадно кричал, типа: "Вот он я здесь, Нормально все, отзовитесь!" Но в их глазах ты не тот. Тобой правит бес или какой-то левый гон, Или кто там твой повелитель в этом городе торчков И погон, где нет друзей врагов и кипит работа Над новым средством убить любовь, Над мощными бомбами, природу крошащими в щелях гор, Над водой загрязненной Брат не платит брату добром и даже в старый Автопром мы вставим басы, колонки неаккуратные. Не напрягаясь, приедем на твой район, Зная мораль, но потом откладывая, Утверждай обратное. Сердце собрав огромный склад, мы обезглавлены. Берега попутал неадекватный, плавившийся от жары. И жарила вся Москва тут. Я совершал пересадку на ветку. Мы ехали ускоренно туда, где нас все любят и Ждут на быстром поезде осенью по соседству. Я выходил на следующей, но снова обнаружился тут. Сидел и ехал, и ехал, и ехал. Вы ехали неторопливо там, где в поле снова цветы В медленном поезде осенью по соседству. Ты выходил на следующей, но снова обнаружился тут. Сидел и ехал, и ехал, и ехал. История идет от вольного вопреки всему. Я ее домом обстроил, себя втянул с дымом в Основе тонуть, быть убитым, набит, Как йог на доску с гвоздем ложиться, Прогнать тоску, оставить принципы по скудам, Но чтить традиции, чтить семью. Между холмами семь ю, раствориться в принципе. И все равно без сомнений любить Москву. Тихий звук станет громче, разум станет четким, Когда отфильтруют, возможно, почки. Предел энергии в раю или где? Пацанчики на кураже и не быть беде, Пока все вместе. Когда движняк в основе нет дел, Дела в основе нет песен, нету людей, Нету стрел, нету президентов. Есть те, кто тебе интересен. Если есть сила и гнев, возможно, Ты успешно покинешь пространство подъездов и Лестниц, но во дворе перегрев плюс двадцать семь Минимум, и ты вернешься, поверь мне. Будешь молчать рыбиной, будешь слишком грязной в Воде и тебя схавает время, схавает грязное дело, Недовес, чужой успех или зимнее настроение. Это для всех или никому. Не держи, бросай на землю. Я все пойму, все спущу тебе с рук. Позвоню, когда решится вопрос за мою судьбу. Иду, курю Просто так Не настраиваю, знать даю. Вы там в ахуе ли все, зажрались и все Равно берете там, где мы выросли или просто Родились, а после поднялись. Ведь родители сыну давали не грустить. Думали, что он без мазы сдает долги и поэтому Без выгоды продал свою Infiniti. Вылетел в трубу. Его уже нельзя спасти. Но я рад, и это мне непростительно. Незаметно так стал злым. Так же, как и все. Так же и поплыл. Так же уцепил. Мы ехали ускоренно туда, Где нас все любят и ждут на быстром поезде Осенью по соседству. Я выходил на следующей, но снова обнаружился тут. Сидел и ехал, и ехал, и ехал. Вы ехали неторопливо там, где в поле снова цветы В медленном поезде осенью по соседству. Ты выходил на следующей, но снова обнаружился тут. Сидел и ехал, и ехал, и ехал.