Колыбельная

Устал и истощился вечер. Ты спишь беспечно, вычислив количество овечек. Город как пирамидка из калечек: каждый человечек в Нем наполовинку искалечен. Молчит диспетчер, пустов автоответчик и не стоит Свечи. Граф любит-не любит чет и нечет. Одни долечиваются, либо они далече. У других девиз: девице нечему делиться нечем. Пока родители гуляют и тратят, знай, Тебя укладывает спать популярный писатель. Но тебе на эти статусы плевать, Ведь пока тебя впечатляет найденный оловянный Солдатик. Где-то лунатик крутит радио. Оттуда голос мэра призывает взять и покарать их. Кого конкретно? Без понятия. В городе казни, власть и плутократия переплетаются в Объятиях. Утомленные днем мы поем колыбельные для Темных времен. Что еще остается нам? Смысл бороться, если тьмы остается дно. Спи спокойно, район, мы поем колыбельные для темных Времен. Чем еще заниматься тут? Сопротивляться глупо: мрак подо лаз да спрут. Утомленные днем мы поем колыбельные для темных Времен. Что еще остается нам? Смысл бороться, если у тьмы остается дно. Чернила накрывают крыши, неслышно проникая в швы и Заполняют ниши. Чем ближе кипиш с патрулями слышен, тем ты хуже Спишь. Во сне бежишь куда-то, чаще дышишь. За окнами холодный макрокосмос. Масса мокрых скверн, промозглый дым, встает гора Наростом. В одни руда, камней обвал, Сверху кварталов гроздья банды, наркота, Жандармы варварски винтят подростков. Ты еще мал и не подозреваешь, как подозреваемых Снимают сотни скрытых камер. Я не пассионарий, чтобы в каземате прозябать, Но то, что назревает, называется концлагерь. Сгущаю краски: завтра новый бой за бабки, Территорию, контроль, и каждый в роли войска. Вокруг тебя недобрый мир, его террор и боль. Все, с головой укройся крепко, спи ничего не бойся. Утомленные днем мы поем колыбельные для темных Времен. Что еще остается нам? Смысл бороться, если у тьмы остается дно. Спи спокойно, район, мы поем колыбельные для темных Времен. Чем еще заниматься тут? Сопротивляться глупо: мрак подо лаз да спрут.