Последний человек на земле

Когда впервые за туманами запахло огнем, Он стоял за околицей и видел свой дом, Картошку в огороде и лук у реки. Он вытер слезу и сжал кулаки, поставил на высоком Чердаке пулемет и записал в дневнике: "Сюда никто не войдет". Ох. Сойдемся на месте, где был его дом, Где трава высока над древесным углем, И зароем нашу радость в этом черном угле. Там, где умер последний человек на земле. Да. Красные пришли и обагрили закат. Белые пришли и полегли, словно снег. Синие, как волны, откатились назад. И все это сделал один человек, Молившийся под крышей своим богам, Молившийся под крышей своим богам, Молившийся под крышей своим богам, Молившийся. Но ночь подняла над башней черной свой стяг, Свой истинный крест, свой подлинный флаг. Три армии собрались на расправу в ночь, Три черных начала, три дьявольских сна, Три черных начала адских трех рек. Что мог с ними сделать один человек? Да. Сойдемся на месте, где был его дом, Где трава высока над древесным углем, И зароем нашу радость в этом черном угле. Там, где умер последний человек на земле. Да. Красные пришли и обагрили закат. Белые пришли и полегли, словно снег. Синие, как волны, откатились назад. И все это сделал один человек, Молившийся под крышей своим богам, Молившийся под крышей своим богам, Молившийся под крышей своим богам, Молившийся.