За тридевять

Хватит, эй! То, что тяжело — возьми сотри теперь с бумаги дней. Давай же рисуй крыло, полетим за тридевять, за Вавилон. Там где-то летало сердце, плавило металл, Иди по дороге, которой оно тебя всегда вело. Хватит, эй! То, что тяжело — возьми сотри теперь с бумаги дней. Давай же рисуй крыло, полетим за тридевять, за Вавилон. Там где-то летало сердце, плавило металл, Иди по дороге, которой оно тебя всегда вело. Не плачь, я знаю бывает трудно. Пока секунды утихают, стекают, врут нам. Внутри тебя обетованная земля, амиго Твоя тоска — лишь просто злая, седая кукла. Говорят с утра наступает мудрость, Кому-то с крана вода на кухне плавно стекает в утварь (Всё) Решает шайка, толпа Совсем немного тряханёт, и вся с лица их слетает пудра. В хлам восторженный, но откуда Все предъявы зеркалам, что я больше не твой Будда (нет) Что если светит лишь уголёк, И если лотос тут один против тысячи незабудок? Пускай тропа кривая вела, но неисповедимы пути: We all just trying to find a light. Монстра заезженных пластинок кормить больше не стоит тебе Помни — это не стимул. Хватит, эй! То, что тяжело — возьми сотри теперь с бумаги дней. Давай же рисуй крыло, полетим за тридевять, за Вавилон. Там где-то летало сердце, плавило металл, Иди по дороге, которой оно тебя всегда вело. Хватит, эй! То, что тяжело — возьми сотри теперь с бумаги дней. Давай же рисуй крыло, полетим за тридевять, за Вавилон. Там где-то летало сердце, плавило металл, Иди по дороге, которой оно тебя всегда вело. Так далеко, Путь который меня довел на рекород теплый прием, около костер и пивко, стертый пин-код стекла и гром — детство, либо давит либо воротит, но скинь битов итог дядя видишь это фишка — чисто в рифму Сто киловатт, завалили голову и дробь миновал, дров накидал вам троп повидал столько братан там что боль и печаль ходит опять рядом завалила листьями печаль моя росса им хочется чтоб я это подробно рассказал ветром средь черемухи на выжженных лесах они смогут отыскать меня сейчас завалила листьями печаль моя росса им хочется чтоб я это подробно рассказал ветром средь черемухи на выжженных лесах они смогут отыскать меня сейчас Хватит, эй! То, что тяжело — возьми сотри теперь с бумаги дней. Давай же рисуй крыло, полетим за тридевять, за Вавилон. Там где-то летало сердце, плавило металл, Иди по дороге, которой оно тебя всегда вело. Хватит, эй! То, что тяжело — возьми сотри теперь с бумаги дней. Давай же рисуй крыло, полетим за тридевять, за Вавилон. Там где-то летало сердце, плавило металл, Иди по дороге, которой оно тебя всегда вело.