Твой ты сам

Твой ты Сам. Твой ты сам. Твой ты сам. Неразлучны были. Сутки кряду проводила она в его больших объятиях. Она любила тучу так же, как другие капли, Не знающие друг о друге. Много так их было у него. Зачастую разрываясь между ними, Он запутывался, ошибаясь, разбивал сердца и, Разжав пальцы тонкие, они летели вниз под раскаты Молний громкие. И однажды разозлился, И дождь лился суток двое, может. Они летели вниз, и среди них та самая, Что любила больше всех. И видели глаза влюбленные, которой множество Подобных ей обманутых. У земли, у самой она была уверена: Он ее поймает. И верила, что это так. Он ее учит летать до последнего. И разбилась об асфальт. Любовь-птица уйдет, когда станет вдвоем в одних Стенах тесно. И рядом будут твои друзья, семья. Любовь-птица уйдет, когда станет вдвоем в одних Стенах тесно. Тебе помогут твои друзья, семья и твой ты Сам. Твой ты сам. Неразлучны были. Сутки кряду проводили я в твоих, Ты в моих объятиях. Расскажи тогда, мы поверили бы вряд ли, Что это все театр, а в конце спектакля мы Разойдемся, как актеры, будто незнакомы. Мы так и не женились, но вражду ведь узаконим. И отпустила просто, не стерпев мои загоны. Помню этот вечер: дождь и гроза за окном. И я полетел с высоты любви нашей к земле Все ближе, от тебя все дальше. Но я не капля. Нет-нет, я же ведь мужчина. Я могу любить сильно, но не наивен. Я знал, что разобьюсь. Был готов. Чьи-то руки меня спасли, Поймав у земли, у самой вдруг. И я подумал было: это ты переосмыслилась, Но ошибся снова. Спасибо моим близким. Любовь-птица уйдет, когда станет вдвоем в одних Стенах тесно. И рядом будут твои друзья, семья. Любовь-птица уйдет, когда станет вдвоем в одних Стенах тесно. Тебе помогут твои друзья, семья и твой ты Сам. Твой ты сам. Твой, твой, Твой, Твой Ты сам. Твой ты сам. Твой, твой, Любовь-птица ушла, когда стало вдвоем в Одних стенах тесно. И рядом были мои друзья, семья. Любовь-птица уйдет, когда станет вдвоем в одних Стенах тесно. Тебе помогут твои друзья, семья и твой ты сам. Твой ты сам.